Самый нежный поцелуй

– И я смогу позволить себе пинту темного пива, поскольку вряд ли мы выберемся отсюда до утра.

Тори поморщилась при этих словах, и он понятия не имел почему.

Может, настала пора переходить к тяжелой артиллерии и начинать извиняться?

– Послушай, прости, пожалуйста, что я настоял ехать через пустоши. Ты была права. В такую погоду это опасно. Надо было выбрать главную дорогу. Но мы наверняка бы застряли в огромной пробке и сидели бы в джипе и ссорились по поводу того, какую радиоволну лучше слушать. А сейчас мы направляемся в симпатичную гостиницу, где сможем славно поужинать и отдохнуть.

Он уже мог разглядеть сквозь метель очертания гостиницы: покатая крыша, толстые каменные стены и приветливые огоньки светящихся окон. Во дворе красовалась высокая рождественская ель, украшенная старомодными гирляндами с разноцветными фонариками, которые он помнил с детства.

Ну точно, здесь подают мясной пирог с элем. Он извинился и теперь надеялся, что Тори перестанет его игнорировать и они проведут чудесный вечер вместе.

Джаспер повернулся к ней и улыбнулся, но Тори так на него зыркнула, что улыбка немедленно сползла с его лица.

– Ты правда считаешь, что такого извинения достаточно? – спросила она.

– Ну… да, я же извинился, – растерянно ответил он.

– Ты признал, что был не прав и что нужно было слушать меня. Но дальше ты пояснил, почему была не права я и что ты принял правильное решение несмотря на то, что мы застряли на дороге и сейчас тащимся в… – Не закончив фразу, Тори отвела взгляд.

– На вид очень приличную гостиницу, – закончил за нее Джаспер, озадаченный пуще прежнего.

Тори так тяжело вздохнула, что он заметил, как поднялись и опустились ее плечи под толстым шерстяным пальто.

– В «Мурсайд-Инн» готовят лучший мясной пирог с элем во всем Йоркшире, а может, и в мире. Генри, шеф-повар, держит рецепт в секрете. Тебе точно понравится.

– Отлично, – ответил Джаспер, хотя его голодный желудок отреагировал на новость с гораздо меньшим энтузиазмом, чем минуту назад.

– Так тебе, значит, знакомо это место?

Судя по ее словам и тону, она знала гостиницу достаточно хорошо и явно не стремилась в нее возвращаться.

До своего отъезда из Флэкстоуна пять лет назад он считал, что начал понемногу узнавать Тори Эдвардс и видеть ее настоящую, без маски, которую она носила в присутствии графа и всех окружающих.