Никому не говори, что ты мой муж!

Но я и подумать не могла, что в одном из таких окон живёт взрослый одинокий больной муж.

– У тебя очень красиво, – я не вру. Тут все серо белое. Модное премодное. Не как у меня в комнате.

– Спасибо, – опять хрипит. Мне больно его слушать. Кажется двери в нашем сарае не такие скрипучие, как его голос. И ему больно говорить. Я вижу. А ещё ему, по-моему, и стоять то больно.

– Чем ты лечишься? – мое проявление заботы его удивляет, он смотрит с недоверием и отвечает:

– Чаем.

Нет, это не вариант.

– Дима, пойдем ты покажешь кухню и где, что лежит и аптечку хотя бы, – конечно я не доктор, но помочь больному могу.

Я вообще двух дневные курсы первой помощи окончила. Так-то!

Смотрит на меня. Долго уже смотрит и приподнимает свою бровь. Видно, думал, стоит ли меня пускать к аптечке или к кухне.

– Я не могу тебя оставить в таком состоянии одного, это по-человечески неправильно, – я бываю искренней. Может иногда слишком. Он откровенно удивился и пошел, наверное, в спальню. Я за ним. Да спальня.

Красиво. Ни каких ковров, ни каких люстр, шторы красивые, а за ними просто потрясающий вид из окна. В комнате все, что должно быть у холостяка. Большая кровать, спит только на половине, вторая аккуратно застелена, две прикроватные тумбочки, телевизор на пол стены и все. Спальня маленькая, но уютная.

– Кухня в другой стороне.

– Да?

– Угу, – поворачивается и смотрит на меня как-то странно.

Иду на кухню. Ну конечно это кухня под стать хозяину. Строго, модно, крайне современно.

Быстро адаптируюсь и нахожу чашки, окей. Начало положено. Чайник. Где чай и аптечка и хотя бы лимон?

Чая в этом доме не осталось, о чем говорит пустая коробочка из-под него. Я как макака облазила всё – чая нет. В холодильнике ужас ужасный. Пусто. В аптечке бинт, градусник и парацетамол. Неужели так можно жить?

Видно, ему совсем плохо, спит, трогаю голову, конечно, кипяток.

Хоть и поворчал, но таблетку выпил и уснул крепко-крепко.

Сижу рядом, трогаю постоянно его голову, как будто у меня целебная рука и ему станет легче.

Легче стало, таблетка сбила температуру. А что делать мне? Уехать это как-то по-свински. Тем более, пока спит, даже не попрощавшись. И будить не хочу, жалко.

Дмитрий

Ушла.

Слышу стук двери и снова проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь, слышу какой- то шум в доме. Мне все равно – я просто не могу встать. Снова засыпаю.

Опять просыпаюсь от того, что меня кто-то будит.

Кто эта женщина? Ещё одна, Настя рядом.