Бездушный принц

Помогает и то, что, спускаясь, он спотыкается о вытянутые ноги Себастьяна.

Громила тяжело падает на пирс.

Я бью и колочу каждый дюйм его тела, до которого могу дотянуться. Здоровой ногой Себастиан делает шаг назад и бьет боксера прямо в лицо. Я вскакиваю и пинаю его еще несколько раз для пущей убедительности.

Но этот чел гребаный Терминатор. Это не задержит его надолго, так что я хватаю Себастиана за руку и тяну, отчего он снова кричит, случайно перенося вес на поврежденную ногу.

Я кладу руку брата себе на плечо.

Тяжело опираясь на меня, он полускачет-полухромает вниз по пирсу. Это какая-то кошмарная гонка на трех ногах, главный приз в которой – не умереть от рук боксера или Кэллама Гриффина, как только тот осознает, что у него нет ни единого шанса отыскать часы в ледяных непроглядных водах озера.

В голове все еще стучит, а пирс кажется длиной в милю. Я продолжаю тащить Себастиана, проклиная его рост и тяжесть.

Когда мы добираемся до улицы, я решаюсь бросить взгляд назад. Боксер перевесился через перила, вероятно, в поисках босса.

Кажется, будто он что-то кричит, но отсюда ничего не слышно.

Надеюсь, что Кэллам утонул.

Потому что, если нет, у меня предчувствие, что я скоро его увижу.

Кэллам

Понятия не имею, о чем я думал, ныряя за этими часами.

Стоило коснуться воды – все еще чертовски ледяной, едва прогретой первым летним солнцем, – как холод, словно пощечина, пробудил мое сознание.

Я настолько отчаян, что продолжаю погружаться, открыв глаза в поисках золотого проблеска в темных водах.

Конечно, там не видно ни зги. Вода под пирсом неспокойна, к тому же в ней полно песка и грязи. Даже в полдень туда вряд ли приникает солнце, а ночью с таким же успехом можно было нырнуть в нефть.

Намокший костюм сдавливает руки и ноги, а парадные туфли еще сильнее утягивают вниз. Будь я плохим пловцом, мне бы пришлось совсем несладко. Волны пытаются впечатать меня в сваи, утыканные мидиями и ракушками.

Мне приходится отплыть подальше от пирса, прежде чем начать грести к берегу.

Все это занимает немало времени, заставляя Джека сходить с ума от беспокойства. Наконец, я выбираюсь на песок – грязный, промокший и злой, как никогда в жизни.

Эта гребаная СУКА!

Я мало что знаю о младшей Галло. Отец держит ее в стороне, и в семейном деле, насколько я знаю, девчонка не участвует.

В первую секунду, когда мы приблизились к итальянцам на пирсе, я почти почувствовал себя виноватым. Она выглядела юной, едва старше Нессы.