#Моя [не]идеальная жизнь

– Что-нибудь такое… захватывающее? – бормочу я, хватаясь за соломинку. – Чтобы чувствовать, что это что-то тебе дает – помимо сбора средств? Что-то вроде марафона – но не марафон, – поспешно добавляю я.

– Что-нибудь захватывающее и трудное – но не марафон, – задумчиво произносит Алекс, когда мы выходим из лифта в пустой, тускло освещенный вестибюль. – Я скажу, какая вещь самая трудная в мире: это проклятое лыжное упражнение. Мой тренер заставил меня делать его вчера вечером. Ублюдок, – добавляет он так злобно, что мне хочется засмеяться.

– Что за лыжное упражнение? – спрашиваю я, потому что никогда не делала никаких лыжных упражнений. Да и на лыжах не стояла, коли на то пошло.

– То, при котором нужно сидеть у стены. Это пытка! Ну, вы знаете. – Он смотрит на меня. – Не знаете?

Он подходит к стене и садится возле нее в напряженной позе.

– По-моему, это не так уж трудно, – замечаю я просто для того, чтобы завести его.

– Шутите? А сами пробовали?

– Ну ладно, – усмехаюсь я. – Вызов принят.

Я сажусь у стены в паре ярдов от Алекса, и на некоторое время воцаряется тишина. Мы сосредоточены на своей задаче. У меня довольно сильные бедра: я долгие годы ездила верхом. Однако я уже чувствую, как они начинают гореть. Вскоре я ощущаю сильную боль, но не собираюсь сдаваться, не собираюсь…

– Ну как? – тяжело дыша, осведомляется Алекс.

– Это и есть упражнение? – спрашиваю я. – И оно считается трудным? А я-то думала, что мы только разогреваемся.

– Ха-ха-ха, очень смешно… – Алекс сильно разрумянился.

Он сползает на пол – как раз когда я чувствую, что больше не выдержу. Я заставляю себя продержаться еще три секунды и затем опускаюсь на пол.

– Только не говорите, что могли бы продержаться еще полчаса, – говорит Алекс.

– Да, могла бы, – немедленно отвечаю я, и Алекс смеется. Он смотрит на меня, и в его глазах что-то такое… что я видела прежде. Что-то типа ты и я.

С минуту никто из нас не произносит ни слова. Это одна из тех маленьких пауз, когда ты определяешь свою позицию в разговоре.

– Я не уверена, будет ли это популярно в смысле сбора средств, – говорю я, поднимаясь на ноги.

– Но это же легче, чем марафон, – замечает Алекс.

– И это говорите вы… – Оборвав фразу, смотрю через стеклянные двери на красные вспышки, которые привлекли мое внимание. – Что там такое?

Красные вспышки превратились в красную полосу.