А ты умеешь хранить секреты?

Пьяные болваны, разбитые бутылки, стекла, которыми выкалывают прохожим глаза…

– Все не так уж плохо…

– Эмма, не стоит так рисковать, чтобы сэкономить на такси…

Я совершенно уверена, что, если спрошу деда, каков, по его мнению, средний тариф у лондонских таксистов, тот ответит: «Пять шиллингов».

– Честно-честно, дед, я очень осторожна, – уверяю я. – И часто беру такси.

Иногда. Примерно раз в год.

– Лучше объясни, что это ты делаешь? – спрашиваю я, спеша сменить тему.

Дед тяжело вздыхает:

– На прошлой неделе твоя мать расчищала чердак.

– Идея неплохая. – Я оглядываю кучи мусора на полу. – Это на выброс?

– Нет! Это я сохраню!

Для пущей верности он даже кладет ладонь на крышку.

– В таком случае где то, что нужно выбросить?

Молчание. Дед старательно избегает моего взгляда.

– Дед! Нельзя же утонуть в мусоре с головой! – восклицаю я, стараясь не засмеяться. – Ну к чему тебе старые газетные вырезки? А тут что? – Я выуживаю из-под груды вырезок старый йо-йо.

– Йо-йо Джима, – вздыхает дед и тянется к игрушке. Взгляд его смягчается. – Милый старина Джим.

– Кто такой Джим? – недоумеваю я. В жизни не слышала ни о каком Джиме. – Твой друг?

– Мы встретились на ярмарке. Провели вместе день. Тогда мне было девять.

Дед рассеянно вертит в пальцах йо-йо.

– И там же подружились?

– Никогда его больше не видел. – Он рассеянно покачивает головой.

Беда в том, что дед никогда и ничего не забывает.

– А как насчет этого? – продолжаю я, вытягивая пачку рождественских открыток.

– За все годы не выбросил ни одной, – объявляет дед, пристально меня оглядывая. – Когда дотянешь до моих лет и поймешь, что люди, которых ты знала и любила, начинают уходить навсегда, сама захочешь сохранить что-то на память. Даже самую мелочь.

– Понимаю, – растроганно шепчу я. Тянусь к ближайшей открытке, открываю и… – Дед! Да ведь это от фирмы Смита по ремонту электрооборудования.

– Фрэнк Смит был очень хорошим человеком, – заводит дед.

– Нет! – Я решительно швыряю открытку на пол. – Это все вон! И тебе ни к чему память о… – я разворачиваю следующую, – газовой компании. А двадцать старых экземпляров «Панча»? – Я безжалостно отбрасываю газеты. – Это еще что такое?

Снова сую руку в коробку и вытаскиваю конверт со снимками.