А ты умеешь хранить секреты?

Не пойму – то ли от последствий полета, то ли от любви.

Только взгляните на него! Высокий, красивый – и отменил важное совещание, чтобы броситься меня спасать. Это любовь. Что же еще?

– Я бы очень хотела жить вместе с тобой, Коннор, – шепчу я и, к своему невероятному изумлению, разражаюсь слезами.

3

Наутро меня будят яркое солнце и восхитительный запах кофе.

– Доброе утро, – доносится голос Коннора откуда-то сверху.

– Доброе, – отзываюсь я, не открывая глаза.

– Хочешь кофе?

– Да, пожалуйста.

Переворачиваюсь на живот и прячу гудящую голову в подушку, пытаясь хотя бы на пару минут снова погрузиться в сон, что обычно удается мне легко. Но сегодня что-то меня тревожит. Не дает покоя, как заноза в пальце. Что же забыла?

Прислушиваясь к звону посуды и тихому звуку телевизора, я упорно роюсь в затуманенном мозгу. Сегодня утро субботы. Я в постели Коннора. Мы отправились поужинать… этот жуткий полет… он приехал в аэропорт и сказал…

Мы будем жить вместе!

Я сажусь как раз в тот момент, когда входит Коннор с двумя чашками и кофейником.

– Привет, – смеется он, протягивая мне кофе. – Осторожнее. Как ты себя чувствуешь?

– Сносно. – Я откидываю волосы с лица. – Впрочем, мне немного не по себе.

– Неудивительно, – качает головой Коннор, – если учесть, что было вчера.

– Именно, – киваю я, отхлебнув кофе. – И мы… мы действительно будем жить вместе?

– Если ты по-прежнему не против.

– Конечно! Конечно, не против! – ослепительно улыбаюсь я.

И это чистая правда. Я – за. И чувствую себя так, словно за эту ночь повзрослела. Я съезжаюсь со своим бойфрендом. Наконец-то моя жизнь обрела смысл и потечет по верному руслу!

– Мне придется сказать об этом Эндрю, – объявляет Коннор, показывая на стенку, за которой живет его сосед по квартире.

– А мне нужно предупредить Лиззи и Джемайму.

– Теперь главное – найти подходящее местечко.

Я немедленно изображаю возмущение:

– Вот это мне нравится! Можно подумать, это у меня пятьдесят миллионов компакт-дисков!

– Это совсем другое!

– Интересно почему?

Я картинно подбочениваюсь, как комедийная актриса, и Коннор смеется.

Затем воцаряется тишина, словно мы оба выдохлись и теперь мирно пьем кофе.