Роковая ошибка

Он видел, как она извивалась и громко стонала под телом мужчины. Её бесстыдная поза, разметавшиеся на постели волосы, приоткрытый рот до сих пор стояли перед глазами и вызывали омерзение. Шлюха! Вот кто она была! Бесстыдная, порочная шлюха! Когда в первую брачную ночь он овладел ею, то по своей неопытности не понял, что она не была девственницей. Вернее он сразу ощутил как легко вошёл в нее, да и крови на постели не оказалось. Но тогда она смогла убедить его, что иногда так бывает. Позже сомнения всё же жгли его душу, но он всячески старался заглушить их, убеждая себя, что сам виноват, так как из-за отсутствия опыта был недостаточно умел в этом деле и не смог разорвать её плеву.

Только когда она сбежала с другим, он, наконец, взглянул правде в глаза. Но даже этого ему оказалось недостаточно. Он простил её. Как же он ненавидел себя за слабость! Как его любовь могла быть такой слепой?!

Когда же, наконец, он узнал о её порочном характере и его чувства к ней прошли, ещё долгие четыре года ему пришлось терпеть ее рядом с собой.

– Если ты с позором выставишь меня на улицу, то я всем расскажу, что Луиза моя дочь и родила я её от другого мужчины. Все узнают, что целый год я изменяла тебе, живя с другим. Ты знаешь, мне нечего терять, а вот тебе есть что. Ты станешь для всех посмешищем. Не удивлюсь, если потом кто-нибудь сочинит стишок о муже, что принял обратно жену, которая столько времени наставляла ему рога.

Слушая её, Дейвон не верил, что всё это время рядом с ним была такая бездушная тварь. Он схватил ее за горло и сжал.

– Заткнись! Такие как ты не должны жить!

В одно мгновение из доброго и любящего, он превратился в жестокого и мстительного. Он не помнил себя, всё сильнее сжимая её шею. Она уже начала хрипеть под его стальной схваткой. Её когти больно вонзались в его пальцы, но он даже не замечал этого.

– Пап, мам, – вдруг услышал за спиной детский голос Луизы.

Он тут же пришёл в себя. Резко отпустив Меган, вылетел из комнаты.

Все последующие годы Дейвон знал о каждой её измене. Она больше не скрывала их, да они и не особо трогали его. Всё, что осталось в его душе, так это пустота, что с каждым новым днем заполнялась ненавистью. Ненавистью к подобным ей. Больше он не был ласков с женщинами.