Грешный король

Папа ненавидит себя за то, в какое положение вогнал свою семью, но мы с мамой стараемся держаться. Он хороший человек, просто… умеет находить неприятности.

– Мама, я тебе перезвоню. Опаздываю на смену.

– Люблю тебя.

– И я.

Я отключаюсь и одной рукой пытаюсь нашарить пропуск в кармане джинсов, купленных на последней распродаже всего за десять лагний. Найдя среди чеков и бумажек заветный кусочек пластика, прикладываю его к считывателю и на автомате дергаю за ручку, но та не поддается. Прикладываю пропуск еще раз – тот же результат.

Если бы меня не задержали на дневной смене в школьной столовой, где я служила помощником повара, то сейчас не пришлось бы беспокоиться о том, что меня выставят из "Лагустини" через две недели после начала работы. Меня уволят. А если уволят, то мать заставит меня поехать к тетушке Дафне, и боюсь представить, что будет с родителями.

Они тоже много работают. Отец водителем до вечера (пока ему в голову не приходит очередная "гениальная" идея), а мама работает модисткой и постоянно берет заказы домой.

Отбросив мысли об отце, я сосредотачиваюсь на том, как попасть в "Лагустини". Моя смена началась четыре минуты назад, но владелец ресторана похож на довольно доброго человека, поэтому надежда еще есть. Точно, главный вход! Я незаметно прокрадусь через вход для посетителей.

Швейцар поджимает губы, но все же пропускает меня через стеклянные двери.

– Мисс Портер.

Боже, как можно вместить в мое имя столько осуждения?

Но о гордости я давно забыла. Опустив голову, я вхожу в зал. Двери в кухню маячат на другом конце помещения призрачной целью. Я ускоряюсь…

…и вдруг врезаюсь во что-то твердое.

И живое.

Мне хватает доли секунды, чтобы понять, кто передо мной. Наследный принц Ричард де Виллер, известный не только своей политической, но и общественной жизнью.

Я успеваю заметить, что в жизни будущий король еще симпатичнее, чем на фото. Господи, да этой челюстью можно резать масло! Пронзительные голубые глаза и светлые волосы делают мужчину похожим на ангела, но уверена, внутри он тот еще дьявол. Не помню, чтобы в газетах писали о чем-то кроме его романов с богатенькими дурочками.