Мирдрево: оковы

Но Падуб послал меня за антна?рами. Две пары. Для наших пленников. У нас есть… пленники, теперь.

– Ах, да, – выпрямился Сфагнум, – я слышал.

Он оглядел нескольких Хранителей, которые стояли в стороне и что-то обсуждали. Взгляд остановился на женщине – Сфагнум щёлкнул пальцами и сказал:

– Эй.

К нему повернулись лица. Те, кто увидели, что смотрят не на них, вернулись к обсуждению; а женщина подошла к первому Хранителю. Близко посаженные, красивые глаза, несколько рыжих кос соединялись на затылке и сплетались в одну, а толстый кончик касался лопаток.

– Выдай ей антнары, – сказал Сфагнум. – Один ящик.

Женщину обволокла вуаль левитации, и она скользнула внутрь хранилища. Ирис посмотрела на Сфагнума, который направился к подопечным, и осталась стоять одна. Её тело словно забыло, как правильно стоять и ощущало дискомфорт, а взгляд уткнулся в землю.

Вернувшись, рыжеволосая Хранительница встала перед Ирис и развеяла вуаль, а в руках был металлический ящик из светлой магсеры с ярко-красным отливом.

Ирис приняла ящик и ощутила прохладу. Хранительница сняла с запястья цепочку с ключом из этого же металла и надела Ирис на шею. И от каждого соприкосновения с кожей Хранительницы, Ирис хотелось невольно одёрнуться и сжаться.

– Наручники давно не вынимались, – сказала Хранительница. – Перед использованием, отдай их на проверку первой Ремесленнице. – Ирис кивнула. А Хранительница надавила взглядом: – Только первой Ремесленнице, никому другому.

– Я поняла.

– Вечером она должна быть в кузнице.

– Хорошо, – кивнула Ирис. – С ними можно использовать перемещение?

– Да, но только когда они в ёмкости, и на небольшие расстояния. В пределах поселения ты будешь в порядке.

Хранительницу обволокла вуаль – она воспарила и вернулась внутрь хранилища. Ирис, неся тёмное сокровище, ощущала странную, давящую магию, которая вызывала отторжение даже через защитные чары ящика – будто они протягивали к ней сдавливающие, антимагические щупальца. И отойдя от хранилища, Ирис переместилась.

*

Ирис переместилась в восточную часть поселения и встала перед большим цилиндром из камня с голой чёрной крышей будто с отрезанным концом.