Вдова Хана

– Тигр… давай, порви сучке все дырки! Она тебя хочет! Течет и воняет сучкой!

– Тигр, порви ее, вставь ей свой болт по самые гланды!

– Дааааа! Порвать суку!

Надзиратели ударили по решеткам, кого-то обожгли током, и крики стихли.

– Раздеть наголо и поставить на колени.

Одежду сдирали вдвоем, а еще двое пытались удержать, но заключенный дергал цепи, и конвоиры падали на колени, матерились, били его по спине, по голове, по лицу, а он постоянно вставал с колен и, набычившись, смотрел исподлобья на женщину с длинными прямыми волосами и маленьким ртом, похожим на красную прорезь.

С него содрали всю одежду, и женщина изучила его с ног до головы. Под улюлюканье заключенных.

– Он порвет тебя. Давай купи Тигра. Он тебе как загонит!

– Тигрище, зверина! Не жрал неделями, а здоровый, как буйвол!

– Когда-нибудь я сниму с тебя живьем кожу… но это будет потом. – женщина постучала зонтом по груди заключенного. – Вначале ты поработаешь на меня. Поработаешь тем, кем и являешься. Будешь моей собакой, которая по команде «фас» будет за меня драться.

– Каждая собака однажды срывается с цепи. И первый, кому она перегрызет глотку, это тот, кто ее на цепи держал.

Бронзовое тело, покрытое синяками, ссадинами, шрамами, ожогами, блестело от пота, лоснилось от грязи и скорее напоминало выкованную из стали скульптуру.

– Твои цепи будут под током, и если сорвешься, то только на тот свет.

– Я утяну тебя за собой.

– Давайте! Я хочу это сделать сама!

Кивнула на заключенного, и один из надзирателей подал женщине нож.

– Каждый мой пес носит на себе знак принадлежности мне. Обычно его выжигают, предварительно смазав обезболивающей мазью… Но у тебя будет личная привилегия. Я сама его вырежу на тебе.

Она провела лезвием по груди мужчины, и тот стиснул кулаки.

– Повой для меня, псина. Громко, заливисто. Повой от боли.

– Скулишь только ты, шавка.

Она вырезала на нем пять квадратов в виде цветка. Один посередине и четыре других по бокам. Два вверху и два внизу.

Женщина швырнула ошметки кожи себе под ноги и потопталась по ним.

– Ты – мой раб. Каждый будет знать, кому ты принадлежишь. Рано или поздно с трона падают все. Помни, кто тебя с него сбросил. А теперь обещанный подарок.