Ничья его девочка

Я ужасно замерзла, и зуб на зуб не попадал. Рывком встала на ноги, поморщившись от боли.

– Какие сто баксов? Я только прилегла. Все, пошла я. Отвалите!

– Пошла она, ты смотри.

Белобрысая, явно в парике, заржала и пнула меня в плечо. Я тут же накинулась на нее. Ну не было у меня сантиментов, и не готовила я никого, не угрожала – я била. Меня так приучила улица. Иначе не выжить. Но я переоценила свои силы, слишком голодная, избитая, уставшая. Она меня на асфальт свалила, я впилась пальцами ей в физиономию, раздирая щеку, и она истошно завопила.

– Отстань, не то я тебе глотку зубами перегрызу.

И перегрызу, даже если насмерть забивать будут. Вторая девка свистнула, и я обернулась назад, увидев двух мужиков, пнула белобрысую коленом в живот, чтоб слезла с меня.

– А это мальчики Пупсика. Сейчас тебе, сучка, зубы повыбивают.

– Что за кипеш тут? Че орете? Охренели?

Один схватил меня за шиворот и оттянул от белобрысой, а потом грязно выматерился, увидев ее физиономию.

– Твою ж мать!

– Чтоо? Сильно? Ах ты, бл**ина такая! Ты что сделала.

Но мужик тряхнул меня, не давая той наброситься с кулаками.

– Каролина, она тебе щеку разодрала.

– Вот сучка. Пусть теперь за меня работает, тварина!

Мужик посмотрел на меня и заржал.

– И кто ее возьмет? Она ж вонючая, облезлая. На хер она нужна.

– Может, и нужна, – сказал второй и прикурил сигарету, – у нас все бабы потасканные. А это – свежее мясцо.

– Вы чего? Я просто спала. – запричитала я. – Зачем я вам? Нет у меня сто баксов, нету и десяти копеек.

– Ниче. Заработает. – прошипела белобрысая, промокая лицо влажной салфеткой. – У нас тоже не было. Отмыть, накрасить, и будет старых козлов ублажать. Пупсу она понравится, и нам отстегнет за нее. Мы с тобой поделимся, или я расплачусь.

Она подмигнула Квадратному. Ну вот и все, я опять попала в какую-то хрень. Куда меня вляпало снова. Чееерт, от них так просто не сбежать. Что же делать?

– Пошли, костлявая, найдем тебе применение. Вернешь бабло за ночлежку, и отпустим.

– Какое бабло? Вы охренели? Нет у меня бабла.

– А она борзая. Эй, зубы нужны? Я могу и выбить. Лучше сосать будешь.

Он оскалился, а две сучки заржали. Мне стало страшно… я вдруг поняла, зачем я им и что они хотят заставить меня делать. Наши иногда сбегали на заработки… две потом не вернулись, нам так и не рассказали, что с ними. А остальные… Одной аборт делали, а вторая от какой-то гадости лечилась, от нее еще все шарахались.