Записки об экзорцисте

«Только какое-то неблагонадежное укрытие у этого агента, влезть так каждый может, странно это всё»

«Здесь два пути, один – пойти в Государственную Службу Безопасности и сдать этого агента, либо направиться к нему на работу и потребовать бабла за неразглашение, а за одно и объяснений всем этим явлениям и тоннелю». Антон положил говорящую карточку в карман. «Все же технологии натовцев далеко ушли, ничего не скажешь – говорящий пластик изобрели».

В «Маков цвет» температура нормализовалась, иней растаял и все погибшие цветы были убраны из кувшинов Женей.

Антона встретила встревоженная хозяйка:

– Антон, вновь эта дрожь и стук по стенам были, как будто метро промчалось или поезд!

– Я все понял, я на пути раскрытия этого секрета, у меня появились кое-какие мысли на этот счет, я должен в одно место съездить, а потом все расскажу, как есть.

– Хорошо, буду ждать вас, а на чердаке что-нибудь нашли?

– Да, потом расскажу, я уехал, – быстро оборвал расспросы Антон и выбежал на улицу.

Адрес, указанный в визитке Михаила, находился в центре города.

Проглатывая километры дороги, белая семерка везла городского экзорциста к натовском агенту.

«Можно и бабла срубить с него, а потом в ГСБ заявить, так и поступлю, так будет лучше всего». Жажда скорой наживы обуяла Антона Козловского, решение всех житейских проблем представлялось легким и доступным, надо только доехать и предъявить карточки. Шпионаж в пользу враждебного блока должен быть наказан. «Можно считать это настоящая удача, колесо фортуны так повернулось ко мне волшебным сектором, что я получил джек-пот! Куплю новую тачку и ремонт дома сделаю, может съезжу на море, на острова в океане лучше, отдохну, надеюсь натовец на обед не уезжает никуда».

Здание, напоминающее сверкающий алмаз, величественным исполином высилось над центром Марьевска. Переливающиеся его грани блестели от лучей весеннего солнца, форма, расширяющаяся к середине, живо рисовала в уме ассоциацию с драгоценным минералом. Рядом с торговым центром шли работы по сооружению такого же здания, здания-близнеца, доносился шум работы стройки и крики строителей.

Припарковавшись на паркинге у входа, Антон заметил, что его видавшая виды семерка самая древняя среди стоящих здесь машин. «Ничего скоро все изменится, можно будет даже с Жени ничего не взять, с такой красотки, обойтись лишь благодарностью, да, пожалуй, так и сделаю – верну ей деньги».

Офис 24 находился на двадцатом этаже здания, самом последнем.