О ком молчит Вереск. Вторая часть + бонус

Чезаре взял меня под локоть и тут же с тревогой заглянул мне в лицо.

– Ты вся дрожишь. У тебя температура? Ты заболела?

– Куда так торопится моя невестка?

Голос прозвучал так близко, что я застыла как вкопанная, сдавив пустой бокал, и медленно обернулась. Марко и Сальва подошли ко мне. Голова закружилась, и все расплылось перед глазами на доли секунд.

– Зачем же так быстро убегать? Не поздороваешься со мной, Юлия? Не поприветствуешь старого друга?

Тяжело дыша, подняла на него взгляд. Издевается.

– Разве мы были друзьями?

– Вместо «здравствуй» такие сложные вопросы о взаимоотношениях? Зачем ворошить прошлое? Какая разница кем мы были, правда? Это ведь теперь не имеет никакого значения.

Хитро улыбается. Чувственный рот такой сочный, порочный… Хотел взять мою руку, но я спрятала ее за спиной.

– Кто старое помянет, тому глаз вон? – сказал по-русски практически без акцента.

– А кто забудет – тому два, – ответила сухо тоже по-русски, еде сдерживаясь, чтобы не закричать.

– Как жаль, что ты такая злопамятная. Я рассчитывал на более теплый прием. Разве мы не одна семья?

– Юлия взволнована твоим возвращением, как и я. Поэтому не совсем готова раскрыть тебе объятия.

Сальва обернулся к Марко и, не переставая улыбаться, вкрадчиво сказал:

– Конечно взволнована, ведь ей придется мне ответить – почему она раскрыла эти объятия тебе.

Я сдавила бокал с такой силой, что он раскололся на части и порезал мне ладонь.

– Мама! – воскликнул Чезаре. – Ты порезалась! У тебя кровь!

– Принеси бинт или салфетки, – ровным голосом сказала я и даже не обернулась на сына, когда он побежал в сторону кухни.

– Думаю, нам всем нужно многое обсудить…, – примирительно сказал Марко, – давайте отпустим гостей и поговорим в моем кабинете.

– Конечно, я не стану мешать прямо сейчас. Ведь вы собирались обвенчаться? Вперед.

Вот он – первый камень. Ударом прямо в сердце.

– Она или Маргарита Варская? Разве есть хотя бы один свидетель ее венчания с кем-то другим? – спросил Марко, и Сальва перевел на него взгляд. Несколько секунд молчания, и на губах Паука снова заиграла улыбка. Марко выглядел напряженным и очень бледным. Он понимал, что мы оба сейчас ходим по краю лезвия.