Легенды о проклятых 3. Обреченные

Ран подтянул сена и хвороста, обложил камнями и полил дамасом, достал из котомки кресало. Женщина и священнослужитель смотрели, как он высекает огонь и как разгорается пламя, пожирая сухие ветки, наполняя воздух долгожданным теплом.

Ран достал остатки хлеба и протянул им.

– Все что есть. Могу поделиться с вами.

– У нас нет денег, – тихо сказал астран, рассматривая Рана с опаской, но инстинктивно придвигаясь ближе к костру.

– Я в храм иду. Просто возьмите меня с собой. Мне больше ничего не нужно.

И протянул женщине кусок хлеба.

Она хотела взять, но снова закричал ребенок, и Ран увидел, как болезненно она поморщилась. Изможденная и уставшая, она совершенно не походила на счастливую мать.

– Хотите, я подержу, пока вы поедите? Я, конечно, никогда не держал детей, но я могу попробовать.

Оба отрицательно покачали головой, и он не стал настаивать.

– Я из Равана иду в Нахадас. Заблудился по дороге.

Супруги переглянулись.

– Я слышал, в Раване все мертвы, как и в Гаране. – сказал астран, отламывая хлеб и с наслаждением разжевывая его.

– Мертвы, верно. Я один выжил.

– Благодаря Иллину, он вас уберег от смерти.

И вдруг послышался оглушительный визг горна. Ран инстинктивно вскочил на ноги, хватаясь за меч.

– О, Иллин, что это? – вскрикнула женщина.

Тройной вой возвещал о нападении на деревню.

– Валласары пришли.

***

До этого момента Ран не знал, что такое Ад. Он всегда был в числе нападавших, среди тех, кто несет праведную кару врагу, а сейчас лишь мог глотать широко открытым ртом зловоние смерти и содрогаться в приступах ужаса и ярости, когда валлассары жгли дома и вытаскивали жителей деревни на улицу, чтобы швырять их в кучу, как хлам.

Рубить на части живых и мертвых, как скот на бойне, заливая землю кровью и слезами.

Ран сражался до последнего, пока не получил сокрушительный удар чем-то тупым по затылку и не рухнул рядом с повозкой торговца тканями, который так и застыл с поводьями в руках, свесив на грудь разрубленную на две части голову.

Тианец пришел в себя, когда услышал голос Даала, звучавший как из самой Преисподней – надтреснутый, зычный, пробирающий до костей.

– У вас есть выбор: стать одним из нас, поклониться Геле, отказаться от вонючего языка лассарского и присягнуть в верности мне – единственному Владыке Объединенного Королевства. Сыну Амира дас Даала, так вероломно убитого вашим проклятым велиаром. И я подарю вам жизнь. Более того, я гарантирую, что вы не будете голодать.