Род

Шею животного пробили две стрелы, одна из которых прошла насквозь и показалась с другой стороны.

– Неплохо, старик, – сказал Бьёрн. – Он, должно быть, совсем рядом с тобой прошел.

– Рядом, – ответил Уннтор. – Иногда надо стрелять, даже если зверь к тебе слишком близко.

– Не спешишь начинать, брат? – усмехнулся Бьёрн.

– Ты всегда лучше управлялся с ножом – когда цель не двигалась, – ответил Карл.

– Это потому, что он слушал, когда я его учил, – проворчал Уннтор.

Привлеченные запахом крови и смерти мухи уже кружились над телом.

– Хорошо, – сказал Бьёрн, – давайте начнем. Улль, услышь нашу молитву. Благодарим тебя за посланную нам добычу. Кровь животного – твоя. Охотник приветствует тебя.

Он опустился на колени рядом с беззащитным горлом оленя, повернул его шею и перерезал ее умелым, отточенным движением. Густая кровь потекла и стала впитываться в лесную землю.

Собаки почуяли их первыми и принялись лаять на заходящее солнце. В доме звук казался потусторонним, словно что-то происходило далеко-далеко отсюда. Вслед за собаками послышался бесплотный голос Яки:

– Они возвращаются, – без надобности объявил он.

– Самое время, – сказала Хильдигуннюр, убрала нож и опустила кусочек дерева в маленький полотняный мешочек.

Агла уже поднялась и разминала ноги и плечи.

– Э, как вы думаете… а… может быть, мы не станем говорить Бьёрну, что Вёлунд терялся?

Хельга взглянула на свою мать, чье лицо было совершенно невозмутимо. Она чуть нахмурила брови:

– Вёлунд? Терялся? – Она улыбнулась. – Мой внук все время был со мной.

Жена Бьёрна выдохнула и улыбнулась Хильдигуннюр:

– Спасибо, – тихо сказала она.

– Пшш. Не стоит. Просто сиди спокойно.

Тири снова успокоилась, и Хельга попыталась мысленно поставить ее рядом с большим, громогласным Бьёрном – и не смогла. С тех пор как она привела Вёлунда обратно, эта женщина не смогла связать и трех слов. Хельга знала, что в браке должно быть своего рода равновесие, но таких супругов она прежде не видела.