Полуночный гость

А ты о чём подумал?

– О худшем!

– Нечисть какая-нибудь?

– Моя семья здесь живёт уже больше века, – заговорил трактирщик, – а ни о каких тварях не слыхивала. Слухи всё это! Байки, чтобы детей пугать, не более.

Женщина высыпала содержимое сумки на землю. Выпал маленький дневник и раскрылся, меж страниц выглянул сложенный лист. Она его раскрыла, остальные любопытные столпились за спиной.

«Серджио – шпион! Награда только за живого 50 золотых флоренов. За наградой обращаться ко двору Вергиона».

Женщина сравнила рисунок преступника с незнакомцем. Старое изображение оказалось частично размыто, но сходство читалось невооружённым взглядом.

– Вот счастье привалило! – обрадовался гном.

– Кажется, пора знакомиться, – протянул солдат. – Нет у меня желания делить золото с незнакомцами.

– Человек дело говорит, – согласился рыжебород.

Трактирщик подозрительно стал озираться по сторонам, а затем скомандовал:

– Тащите его внутрь!

Они оставили незнакомца в центре зала и расселись вокруг.

– Хартен, – первым представился солдат. – Служил двенадцать лет в вольных городах. Правда после неприятности с гремучими веществами, – он указал на лицо, – долго лечился и решил завязать с воинским делом.

– Значит теперь наёмник, – догадался гном. – Меня Бундо кличут. Работал старателем в копях. Вот недавно выгнали за пьяную драку. Теперь брожу среди вас, безбородые.

– Элейн, – с неохотой выдавила из себя женщина. Она отодвинула прядь тёмных волос, показав острые уши. – Полукровка. Болтаюсь без дела, ищу своё место. Берусь за любую работу.

– Ну дела, – воскликнул и улыбнулся трактирщик. – Эльфов сюда ещё не заносило. Кормак! – он налил всем пинту пива за знакомство. – Всю жизнь живу здесь, продолжаю семейное дело.

– Один? – поинтересовался гном.

– Своей семьи нет. Есть две сестры-змеюки, ждут не дождутся, пока меня не зарежет какой-нибудь бандит.

Странность этого разговора завывала между ними без сквозняка и звенела в воздухе. У Хардена дёргалось обожжённое лицо, эльфийка мяла от непривычки руки. Гному было всё по барабану, он затих, едва присосался к кружке пива. Лишь трактирщик, привычный к разговорам с завсегдатаями, держался уверенно и открыто.

Бундо перелил терпкий напиток в брюхо, отрыгнул и сказал:

– Сумма жалко не ровная, кто-то обидеться может.