Запах кофе и жвачка на асфальте

Все, что хочет найти страждущая душа в поисках отдыха, сосредоточено здесь: могучая тень от высоких деревьев всевозможных пород; лужайки, приглашающие растянуться на траве; кафешки с яркими столиками, выставленными на открытом воздухе; площадка, где играет духовой оркестр; клоуны, устроившие представление тут же, на широкой аллее, где прогуливается народ… Наконец, пруд, наполненный ужасными прожорливыми рыбами, которые позволяют себя кормить почти из рук. Эти рыбы произвели на меня отталкивающее впечатление: большие, тупоголовые, с разинутыми зубастыми ртами, наплывающие одна на другую при виде куска хлеба или жареной картошки, дерущиеся с яростью голодных – сцена, достойная Спилберга для очередного фильма ужасов.

– Ретиро был задуман как место уединения, пребывания в одиночестве для того, чтобы молиться. Католические короли Фернандо и Изабель основали монастырь Херонимов и недалеко от него построили дом. При Филиппе Красивом дом превратился во дворец, где устраивали праздники, театральные представления, даже корриды.

– Ничего себе! Вот так Вовка!

– А что такого? – лениво усмехнулся Вовка. – У меня философский факультет, ну и давняя увлеченность Мадридом.

– Тогда конечно… Так любой сможет.

– Я продолжаю или как?

– Продолжай! – в один голос ответили мы с Васей.

– Когда сгорел Алькасар – тогдашний Королевский дворец, Филипп Отважный перебрался в Касон де Ретиро вместе со своей свитой.

– И где этот Королевский дворец? Очень далеко отсюда? – загорелась я.

– В следующий раз посмотрим дворец, – пообещал Вовка. – На сегодня тебе и Ретиро хватит. Так вот, Карлос III, которого еще называют мэром Мадрида, велел переделать всю зону и обнести ее решетками. С того времени мадридцы могут гулять по парку, соблюдая, разумеется, чистоту и порядок. Правда, современные испанцы и гости города никак не могут отвыкнуть выплевывать жвачку прямо на плитку. Латинос!

Странный ритмичный шум доносился от монумента, находящегося по другую сторону пруда.

– Барабаны, – возликовала я, поняв причину звуков.

– Тамтамы, а не барабаны. Это не одно и то же, – поправил меня Васек.

– Мне все равно, пошли туда!

– Так мы туда и идем, – сказал Вовка. – Подожди, сейчас такое увидишь!

Это было царство негритянского населения испанской столицы. Усевшись на скамейки по краям беседки, а многие – прямо на горячем бетонном полу, африканцы, одетые в яркие халаты и тюбетейки, самозабвенно выписывали ритм тамтамами.