Цветы на мостовой. Роман

Он готов был применить эту тактику по отношению к юной красавице, но тут же поймал себя на мысли, что не хотел бы обнаружить в ней такие качества, как жадность и продажность. Иначе ангел перестанет быть ангелом…

Что же делать? Ухаживать? Но он давно позабыл, как это делается. Помнится, в молодости в Шеффилде дарил цветы и водил на ярмарку дочку мельника. Водил напрасно – девушка выбрала другого, а Джереми дал клятву никогда ни к кому не привязываться. И сдержал бы ее, если бы племяннице миссис Томсон не вздумалось приехать в Лондон.

Он крутился с боку на бок, а мысли его вертелись возле одного: нужно выкинуть из головы Мэри, иначе нарушится его упорядоченная жизнь. Кроме того, он рискует потерять авторитет у сообщников, а потеря авторитета грозит потерей статуса, а это чревато… В самом деле, что скажут парни, увидев своего босса рассиропившимся? И Джереми принял решение избегать Мэри, насколько это возможно. Как говорится, с глаз долой – из сердца вон.

Утром он едва поздоровался с домоправительницей и завтракал без аппетита.

Мэри не появлялась, и яркие краски апрельского утра для него померкли. Мир вокруг него оставался таким же, как всегда, но куда-то исчезла переполнявшая сердце со вчерашнего вечера радость. Жить в этом сером мире было невмоготу.

– А где ваша племянница? – спросил наконец Барнет, изо всех сил стараясь изобразить безразличие. – Она еще спит?

Миссис Томсон посмотрела на него укоризненно:

– Что вы, мистер Барнет, Мэри – деревенская девушка, она встает с петухами.

Я отправила ее на рынок.

– Она не заблудится? – встревожился Джереми. Теперь настала его очередь смотреть с укоризной: домоправительница, очевидно, рехнулась: девушка второй день в Лондоне!

– Она пошла не одна, а с соседской прислугой, – успокоила его Томсон. – А та знает Кэмденский рынок как свои пять пальцев.

Домоправительница собирала посуду и болтала без умолку. По всему было видно, что ей нужен не собеседник, а слушатель – так великолепно она солировала.

Тема ее болтовни касалась племянницы, причем создавалось впечатление, что на этот раз тетушка решила выступить в роли свахи. По ее словам выходило, что хозяйственная и аккуратная Мэри будет прекрасной женой порядочному джентльмену.

Если бы впечатление, произведенное Мэри на Барнета, было менее благоприятным, то, вероятно, он сбежал бы куда подальше от таких разговоров, но в данном случае тетушкины похвалы звучали для него нежной музыкой.