Омут

Цвета-с-бесом кивнула:

– Я и забыла, как дети зависимы от крови. Маленькие кровопийцы. Да, Цвета мне не позволит, она же у вас вегетарианка.

– Так ты за грибом сюда пришла? – сухо перебила ее Глафира.

– Я пришла за историей.

Цвета-с-бесом вернула банку на место и снова села на табуретку, приготовившись слушать.

– Могу предложить кисель, – вдруг подобрела знахарка.

Подселенка, ерзающая на месте, не в силах даже секунду усидеть спокойно, явно изголодалась по ощущениям: хотела все пробовать, трогать, нюхать.

Перед знахаркой сидело ее будущее. И она невольно пожалела это существо.

А еще ей хотелось занять руки во время непростого рассказа.

– Кисель и историю, – кивнула Цвета-с-бесом.

Глава 11

Дружина. Жар-птица

У Феникса была сестра, учившаяся на класс младше Ночки. В детстве она все время таскалась за братом, но парни ее уважали. Мари вовсю принимала участие в их уличных затеях, бегала с палкой-ружьем, строила штаб-квартиры в деревьях, а в игре «полицейские и маньяки» всегда была полицейским.

В начале мая, когда Дружине уже исполнилась неделя, Ночка объявил Дню:

– Приходи в субботу ко мне во двор, будем играть в бадминтон. Я познакомлю тебя с еще одним дружинником, вернее дружинницей – Жар-птицей.

– Девчонка? – скривился День.

– Ну да, формально она девчонка, – пожал плечами Ночка. – Но воспитанная братом, так что свой парень. Тебе понравится! Она мировая! Мы так и зовем ее – «самая лучшая».

В субботу День явился к дому Ночки. Остальные уже собрались во дворе.

Жар-птица, сидевшая на жердочке качелей, была в джинсах, черной безразмерной футболке и рубашке брата с закатанными рукавами. Свои ярко-рыжие, как и у Феликса, волосы она собрала в высокий хвост. Несколько прядей были заплетены в тонкие косички с разноцветными резинками на концах.

Феникс, помня, что у Дня есть младший брат Лешка, пошутил:

– Мы с тобой товарищи по несчастью! В нас, старших, родители вложили всю душу и фантазию, а на младших уже отдыхали.

– Не Машка, а Мари, – поправила Жар-птица.

Феникс, прислонившись к опоре качелей, хмыкнул и пояснил:

– Я раньше ее Машкой-какашкой звал, вот она и бесится до сих пор.

Жар-птица ткнула брата в бок и повернулась к Демьяну.

– Значит, это ты День? – Она посмотрела на Ночку. – Из нашей этой самой Дружины?

– Ага, – кивнул довольный Ночка.