Конец авантюр

 – А то у меня сейчас ноги отвалятся!

На скамейке сидел пожилой человек, которого Вильзивул встретил в первый день своего прибытия в Сертане.

– Вы всё-таки задержались у нас, – сказал он, узнав мага.

– Мне здесь понравилось, – Вильзивул сел рядом.

– Выпустили шутов покривляться! – старик неодобрительно посмотрел на выступающих.

– Это монахи из монастыря Чёрной Орхидеи, – пояснил Вильзивул, заметив чёрные цветы на их одежде.

– Монахи? – удивился старик. – А ведут себя как циркачи.

– Почему именно чёрная орхидея? – Сила не сводила глаз с помоста.

– Их монастырь ближайший к Фолкеру и единственный на территории Восточного Рокоса, – Вильзивул внимательно смотрел за боем.

– Что за глухой удар? – резко спросил старик, зрение которого не позволяло разглядеть все детали происходящего на сцене.

– Монахи начали разбивать деревянные плитки! – с энтузиазмом ответила Сила.

– Им что, в монастыре делать нечего? – продолжал возмущаться старик. – Лучше бы коз своих пасли.

– Это боевые монахи.

– Какие ещё враги могут быть у монахов? – не унимался старик.

– Монастыри издревле хранят множество богатств и древних писаний, которые привлекают неверующих преступников, – рассказал Вильзивул.

– Ну, если только в этом причина. Тогда ладно! – наконец угомонился старик.

Пришло время зажечь последний светоч.

– Чем началось, тем и закончится! – произнес жрец и взял факел.

Он подошёл к первому светочу, зажжённому ещё утром, и перенёс его пламя на последний двенадцатый столб.

С каждым последующим фолом на площадь наступали сумерки, светочи гасли один за другим. Монахи закончили выступление, уступив сцену другим мастерам, которым темнота только на руку.

Выдуватели огня языками пламени открыли новое представление. Следующими на помост под восторженные крики зрителей выбежали глотатели огня. Уже ближе к полуночи, зрители увидели грандиозное зрелище. Все артисты вернулись и начали вытворять сложные совместные пируэты.

– Что с тобой? – забеспокоилась Сила, взглянув на Вильзивула, мокрого от пота.

– Здесь стало слишком жарко, – тяжело ответил он. – Пойду, пройдусь.

Его самочувствие пришло в норму, как только Вильзивул отошёл на край площади, где блуждал лёгкий морозный ветерок.