Конец авантюр

Вильзивул кивнул и улыбнулся сообразительности девушки.

– Что с лицом? – неожиданно спросил он.

– Так, пустяки! – быстро бросила она и пошла к прилавку.

– Лютер? – холодно спросил Вильзивул.

– Не совсем…

Запинаясь, начала она, но не успела договорить, как он поднялся и направился к выходу.

– Не убивай его! – грустно попросила девушка. – Дядя расстроится. Ведь раньше они дружили.

Вильзивул не ответил, только сбавил шаг и посмотрел в глаза девушке.

– Он не понял всё с первого раза? Какой непонятливый.

***

Лютер по привычке проснулся до рассвета и ещё долго лежал, смотря, как на картину начинают падать солнечные лучи. Портрет на стене проявлялся в полумраке комнаты с каждой сердой. Женщина с чёрными волосами и алой розой в руке не сводила с хозяина комнаты пристального взгляда зелёных глаз. И только стук в дверь вырвал бандита из глубокого прошлого, где он бережно хранил осколки своего сердца.

– Рассвет, хозяин! – произнёс слуга и прошёл в комнату. Он поставил поднос с завтраком на стол, раздвинул шторы и отправился набирать ванну.

Лютер поморщился от яркого света и, поднявшись с кровати, задвинул шторы обратно. В потёмках он позавтракал и больше не поднимал взгляда на портрет сердцеедки на стене. Но, приведя себя в порядок и одевшись, все же не смог пройти мимо и замер у картины. Надменный взгляд женщины не хотел его так легко отпускать. Благо снова вмешался слуга.

– У вас сегодня много встреч, хозяин! – напомнил он.

Бандит кивнул и, наконец, покинул спальню. Лютер прошёл по длинному коридору, прежде чем оказаться в гостиной. Неприглядный снаружи дом внутри выглядело превосходно. Он сам здесь всё обставил по высшему разряду.

Подчиненные Лютера, завидев его, разом замолчали и, отложив карты, встали. Хозяин дома обвёл их пристальным хищным взглядом, особенно всматривался в одежду. Он не терпел оборванцев в своей обители и личным примером показывал, что даже бандит может выглядеть с иголочки.

Не заметив изъянов, Лютер оставил подчиненных и прошёл дальше, где на всю стену располагалась его гордость – картина осады Оплота Света. Величественное полотно в свете свечей пробирало до мурашек.

Весь первый этаж уставлен удобной пышной мебелью, приятно пахло заморскими растениями. Блеск пламени играл на серебряной посуде и золотых подсвечниках, аккуратно растравленных на большом дубовом столе.