Остров предательства

Она пошла по следам за угол, вниз по улице, в тупик, где следы исчезли возле груды ящиков.

Элли нахмурилась, недоумевая, куда мог деться ребёнок. Затем она подняла голову и увидела на самом высоком ящике стоявшую на коленях девочку.

У неё была смуглая кожа и длинные растрёпанные тёмные волосы. На ней был видавший виды синий плащ, чёрные туфли и носки, и она за чем-то наблюдала через окно.

– Извини, – сказала Элли, – но ты не видела раненого ребёнка?

Голова девочки хлёстко повернулась к Элли. Внезапным появлением Элли она, похоже, нисколько не была удивлена, только раздосадована.

– Заткнись, – беззвучно проговорила она и снова принялась смотреть в окно.

– Ты что, не видишь все эти следы?

Девочка сердито махнула в воздухе рукой. Она была хорошенькая, примерно одних с Элли лет или немного постарше. Когда начала жестикулировать, плащ её разошёлся, и под ним мелькнуло что-то светло-сиреневое. Элли ахнула.

– Ты одна из горничных Королевы! – зашептала она, заметив разводы серебряной пудры у правого уха девочки.

– Тсс! – зашипела девочка.

Элли заползла на ящик. Вблизи девочка пахла мёдом и лавандой. Элли заглянула через окно в уютную кухню. На стене висели детские рисунки, полки были уставлены пряностями и травами, деревянный рабочий стол завален скорлупой кокосовых орехов, помидорными семечками и рыбными скелетами.

Мать, отец и три дочери сидели за кухонным столом. Отец вручил младшей дочери игрушечного дельфина, сшитого из фетра, и девочка крепко прижала его к груди.

– ТЫ! – Он взревел так, что стекло задрожало. Он подскочил с места и метнулся куда-то с глаз. Ткань мазнула Элли по лицу, когда горничная спрыгнула с ящика и понеслась прочь по переулку к улице.

Возникшая громадная тень преградила ей путь.

– Я говорил, что сдам тебя Смотрителям, если опять поймаю тебя за подглядыванием! – громыхал отец.

Девочка застыла на месте, руки её дрожали. Элли перевела взгляд с неё на огромного мужчину, затем обратно, а потом сунула руку в карман бушлата. Она извлекла небольшую металлическую сферу, молясь, чтобы она сработала после всех этих месяцев, проведённых в море, и швырнула её под ноги мужчине.