Остров предательства

Я упёрлась пятками и ругала Голубоглазого, пока тот не приплыл со мной обратно к Ковчегу – к той обдаваемой волнами платформе, что торчит из его бока. Я выдернула ноги из стремян и вылетела из седла.

– Позови Каргу! – проорала я, шлёпая по щиколотку в воде. Тимоти вытаращился на меня в ужасе. – НЕМЕДЛЕННО!

Он замельтешил по шатким лестницам к Небесной палубе. Я встала возле Голубоглазого на колени, чтобы осмотреть его. Чёрная кожа была в шрамах и буграх, как и обычно, но вот большущая белая отметина у него на боку стала цвета пожелтелой старой бумаги.

Заскрипела лестница, и, подняв голову, я увидела древнюю старуху – неистовое облако призрачно-чёрных волос и сто тысяч раз проморщиненное лицо. Вместо спины громадный горб, а глаза в переплетении морщин, прям как у высохшего грецкого ореха.

– Как ты так быстро пришла? – спросила я.

– Она уже спускалась вниз по лестнице! – возгласил Тимоти у неё за спиной.

– Мой кит болен, – сказала я Карге.

Она подковыляла ко мне, опираясь на костыль, сделанный из ветви дерева.

– Твой кит не болен, дитя.

– Ещё как болен. И не зови меня дитя – мне тринадцать лет и восемь дней, нечего звать меня дитя.

– Твой кит не болен, дитя.

– Тогда почему он не хочет охотиться?

– Потому что он стар. Слишком уж стар для кита своего вида.

– Прекрасно… ты целительница. Исцели его.

Карга цепко прикрыла глаза, слово спрятала какую-то тайну под веками.

– Старым тварям суждено умереть. А этой особенно.

– Нет! – прорычала я.

– Дитя моё. Он уже умер.

– Вот и нет, он дышит, смотри! – я ткнула в его бок, который зримо поднимался и опадал.

– Это не он, – сказала Карга. – Грядёт новая жизнь. Нам должно помочь ей.

Двигалась она чересчур быстро для такой старухи. Я увидела всполох металла, затем густой красный разрез на боку Голубоглазого. Я подняла было кулак, чтобы врезать Карге, и тут заорала, увидев, что поднимается из нанесённой ею раны.

Рука.

3. Остров Кораблекрушения

– Пошли, Элли, – сказал Сиф. – Чувствую, едой пахнет, а я умираю с голоду.

Элли помедлила, оглядывая статую Королевы.

– Мм? А, а, ага, иду.

Она как раз собиралась повернуться, когда заметила нечто вдали на пляже, где ещё льнул к берегу туман.

Тёмный силуэт, смазанный по краям, как мираж.

– Сиф, а это не корабль? – спросила она.