Песнь Отмеченной

Когда-то они были цвета темной меди, как осенние листья, освещенные вечерним солнцем, а теперь при виде ее волос и бесцветных глаз мужчины в удивлении пятились назад.

– Отмеченная Тенью, – выдохнул он. – А ну, ни с места!

Она подняла бровь вверх. А затем широко улыбнулась, зная, что он не сможет увидеть выражение ее лица под маской.

– Прости, но меня ждут более важные дела.

Он ринулся вперед.

Однако она успела уклониться от меча и ударить его ногой по лодыжкам так, что он потерял равновесие и упал.

C кошачьей грацией соперник приземлился на корточки. Кас не стала дожидаться, пока он встанет, и со всей силы пригвоздила развевающийся плащ мечом к грязной земле. Поскольку клинок был не таким уж острым, ей было не жаль его оставить. К тому же без него она могла бежать быстрее.

Кас усмехнулась, услышав, как мужчина требовал, чтобы она остановилась. В его голосе сквозило недоумение, что ей удалось вырваться.

Но когда перед ней в тумане замаячил силуэт Врат Забвения, она вдруг поняла…

Что в руке нет кристалла.

В какой-то момент в ходе жаркого боя она его выронила. Теперь уже сложно было понять, где он может быть, и она не собиралась возвращаться, чтобы его искать. Что касается ее помощников… их нигде не было видно. Интересно, все ли у них хорошо? Смог ли Зев вывести Лорента из этого ада, самостоятельно перетащив через стену?

Кас приготовилась перелезть обратно в том месте, которое было чуть ниже остальных.

Девушка уже взялась руками за камни, как вдруг решила бросить последний взгляд назад.

Спрыгнув с той стороны стены, она решила поступить так же, как Лорент, и не оборачиваться.

Лорд Меррик просил добыть доказательства того, что замышляет Король-император, но все, что у нее осталось, – это медальон в сумке и огромное количество воспоминаний, которые будут преследовать ее в течение долгих месяцев.

Зато этого более чем достаточно для нее.

Кас поняла, что в этих горах происходит нечто настораживающее, и решила, что больше ноги ее здесь не будет.

Глава 4

– Не вешай нос, Кас! – Зев с удовольствием опрокинул кружечку эля, сделав последний большой глоток, и с грохотом поставил ее на деревянный стол. – Мы еще легко отделались.

– Лорент чуть не погиб.