Его катастрофа

Измерить температуру подруге все же было необходимо.

– Алло, скорая? Да, у меня подруга с высокой температурой и без сознания. Ага, диктую адрес.

Только я переговорила со скорой, как Лера зашевелилась. Ее ресницы затрепетали, и глаза слегка приоткрылись.

– Позвони в школу, предупреди, что я заболела, пожалуйста, – из последних сил пробормотала моя самоотверженная подруга и снова провалилась в забытье.

Пока ждала врачей, поговорила с директрисой, у которой Лера работала, и обрисовала ситуацию.

Та поохала и пожелала скорейшего выздоровления, а еще попросила держать ее в курсе. Хорошая оказалась тетка, я даже слегка позавидовала подруге. Даже захотелось устроиться в их школу, так как подруга и о коллегах хорошо отзывалась.

Ну а дальше была полная сумятица, я спохватилась, что нужно найти Леркины документы, пока копалась в ее сумке и перерывала все ящики в комнате, как раз и подоспела скорая. Не тратили время зря и всадили ей жаропонижающее.

Дальше больше: поездка на скорой, разговор с дежурным врачом.

Он меня опросил, заверил, что все с подругой будет хорошо, и отправил домой.

Вот такой веселый вечер я провела в кругу приятнейших людей, преимущественно мужского рода-племени. Ну, пусть и не совсем то, чего бы мне хотелось, тем не менее оставим как факт.

Хоть и страдала бездельем весь день, эта вечерняя суета в край меня вымотала. Приехав домой, я бросилась в объятия моей любимой теплой постельки и сразу заснула.

Утром позвонила Лилька.

– Спишь?

– Сплю.

– Тогда хорошо, что я тебе позвонила. Сегодня общий сбор после обеда. По оформлению дипломов что-то будет и с куратором встреча. В общем, успевай, – выдала мне информацию подружка и отключилась.

Я потянулась, вздохнула и стала собираться. К обеду была уже в институте. Там-то и началась самая жесть. Сначала больше двух часов рассказывали то, что мы и так знали. Потом еще пару часов я просидела в ожидании своей очереди.

И чего я ждала? Раздачи денежных призов? Нет, конечно. Всего-навсего встречи с руководителем дипломной работы.

Весь день коту под хвост. Если бы у меня была готова хоть треть этой самой работы, еще ладно. Но она была в зачаточном состоянии. Вот на самом этапе зарождения. Поэтому куратору мне предъявить было нечего.

Эльдар Валериевич был битым калачом и на таких старательных и ответственных студентов, как я, у него глаз был наметан.