Да, мой босс!

 – В комнате было темно, но я быстро привыкла к этому, а свет фонарей, пробивавшийся в окно, позволял мне видеть его глаза. – Я хочу тебя поцеловать, по-взрослому, понимаешь?

Я кивнула, но на самом деле ничего не понимала. А он склонился ко мне для очередного поцелуя, тот сначала был нежен, но чем дольше он длился, тем жестче становился. Руки Вити уже блуждали по моему телу, меня это смущало, но я боялась обидеть его отказом. Поэтому старалась не замечать. Он прервал поцелуй, чтобы продолжить осыпать легкими прикосновениями губ сначала мое лицо, потом шею.

Мне было приятно, но я понимала, к чему все идет. Перестав реагировать на прикосновения, лишь думала, когда будет правильно все остановить. Поняла, что дальше тянуть нельзя, когда одна его рука нырнула под юбку, а вторая, минуя лифчик, накрыла мою небольшую тогда еще грудь.

– Стой, Вить, подожди! – сказала я, отстраняя от себя его руки и пытаясь застегнуть рубашку непослушными пальцами.

– Да брось, малыш, пора взрослеть. Ты же хочешь, чтобы мы были вместе? – снова, пытаясь обнять меня, сказал Витя. – Я ведь люблю тебя и хочу, чтобы ты была моей девушкой.

– А разве я сейчас не твоя девушка? Вить, что ты говоришь? – Я не понимала, почему он так переменился.

– Да-да, конечно, ты моя девушка. Но мне восемнадцать, и я не хочу играть в детские игры.

– Люблю, ты же знаешь! Я очень сильно тебя люблю, но думаю, что мне еще рано заниматься этим, – сказала я честно, в надежде, что любящий человек все поймет.

– Значит, мы расстаемся! – Он сказал это холодно и встал с кровати, отвернувшись от меня.

– Подожди, как расстаемся? Ты же говорил, что любишь меня! – На моих глазах уже блестели слезы, готовые пролиться.

– Люблю, я же сказал, значит, так и есть! – Он снова повернулся ко мне и обнял.

– И что мы будем делать дальше? Я тоже тебя люблю, но не готова ко всему сейчас! – ответила я, зарывшись лицом в рубашку на его груди.

– Может, мы что-то придумаем. Ты не хочешь лишаться девственности, правильно я понял? – Я кивнула, посмотрев на него.

– Но ведь мы можем доставить удовольствие друг другу и не лишая тебя невинности, малыш, – сказал он и вновь поцеловал меня.