Соломон. Забытая нежность

И я совершенно не знала, как поступить в данной ситуации. Наверное, правильным и благоразумным решением было пустить все на самотек. Дать Маше насладиться обществом приятного ей человека. Тем более, сейчас я была только рада такой помощи и его обществу.

– Конечно, гном, идем, – он улыбнулся Маше и снова задержал на мне внимательный взгляд.

Будто ожидал от меня какого-то подвоха, словно я была диковинный зверек. Но я совершенно спокойно и адекватно воспринимала действительность. Да, очень сильно болело в груди, я только и думала о том, как выпутываться из всей этой ситуации с минимальными для нас с Машей потерями.

Но выход был. И я обязательно его найду.

Мне ничего не оставалось, как отправиться следом за ними, оставаться в доме одной не хотелось. На улице уже почти стемнело. Мы спустились к небольшой пристани и забрали рыбу. Улов был небогатым. Быстрее всего пожарить рыбу на улице, на огне. Но я как представила, что снова увижу искры и языки пламени, меня передернуло от ужаса и отбило весь аппетит.

Не уверена, что смогу съесть хоть кусочек рыбы, даже маленький. Как вспомню, что мать и отец сгорели заживо, холодом пробирает до дрожи. Наверное, я только сейчас спустя несколько дней начала осознавать масштабы трагедии…

– Игорь… Пожалуйста… Давайте я пожарю рыбу на электрической плитке?

Пока я ещё не отошла от всех событий и остро реагировала на любые воспоминания о пожаре. Я даже не уверена, смогу ли ещё вернуться туда, где прожила всю свою жизнь и где она едва не оборвалась. Стояла сегодня в пепле, и слезы наворачивались на глаза.

Но я не плакала. Я запретила себе об этом переживать. Просто ходила попрощаться с домом и некогда любимыми вещами.

– Аня? – он наклонился к ведерку, а потом взглянул на меня встревоженно. – Тебе нехорошо? – в его голосе промелькнули беспокойные нотки.

– Нет, дело в другом. Огонь и… – я осеклась, с ужасом представляя, что снова могла бы пережить тот кошмар. – Рыбу я сама с Машей приготовлю, – с моими повязками на руках готовить одной было немного проблематично.

Но с Машиной помощью вполне посильная задача.

Удивительно, как я ещё оставалась в трезвом уме, наверное, потому что моя маленькая сестра держала меня в этом мире, как ориентир. Это было единственное логичное объяснение, почему я не впадала в отчаяние и уныние. Все воспринималось будто сквозь какую-то призму или туман, а сейчас он начал понемногу рассеиваться, и я понимала, что у нас с Машей ничего не осталось. Меня пугали перемены и неизвестность.