Страсть – не оправдание

Я в ужасе округлила глаза и отступила назад, пока не врезалась бедрами в бильярдный стол.

Еще несколько парней засмеялись.

– Зачем придумывать? – возразил блондин. – Гвоздь уже прозвал ее Мышкой. И это отлично подходит.

О, нет! Только не Мышка. Каждый раз, когда Гвоздь так меня называл, хотелось причинить ему боль.

– Пожалуй, ты прав, Курт, – согласился патлатый, поддержав блондина.

Я поняла, что с этой минуты отвратительное прозвище прилипло ко мне, как банный лист.

Что ж, я хотя бы узнала имена большинства из них.

Все опять смолкли, будто чего-то от меня ожидая.

– Ну что? – не выдержала я. – Мне не хочется вашей крови. Даже и не ждите!

– Тогда станцуй стриптиз! – предложил парень с изображением черепа на майке.

Остальные поддержали его подбадривающим улюлюканьем, и даже Бес был не в силах сдержать скупой улыбки. А я опять зависла, наблюдая за движением его губ.

– Череп, ты ведь не собираешься совращать вампиршу? – насмешливо протянул блондин, которого Кей назвал Куртом.

 – Не уверен, что она совершеннолетняя.

Череп был лысым парнем с острыми чертами лица и лупатыми черными глазами. Меня насторожила огромная татуировка на его предплечье в виде потресканной свастики, из центра которой торчала стрела с белым оперением. Такая точно была у Гвоздя в ту ночь на кладбище. Охотник на вампиров – бывший скинхед?

Схватив бутылку пива, он отпил глоток и поднял одну бровь.

– Ну, если я не могу убить ее…

– Ты вообще ничего не можешь, – процедил Бес. Похоже, вся эта ситуация его сильно злила.

 – Не заставляй меня повторять дважды то, что я пообещал Гвоздю.

– Да понял я, – заворчал Череп, но взгляд от меня так и не отвел.

Сказать, что мне было некомфортно – вообще промолчать. Но все равно я стояла на месте, с интересом ожидая, что же будет дальше.

– О, я уже совершеннолетняя, – опомнилась. А потом, видимо, от переизбытка эмоций, а может из-за того, что мне жутко не хватало общения, начала тараторить без остановки:

– Мне вообще-то двадцать.

Ну, то есть, это вовсе не значит, что я собираюсь танцевать стриптиз или что-то в этом роде. Просто не стоит относиться ко мне, как к ребенку. Мне, конечно, лестно, что я выгляжу младше своих лет. Но знаете, это…

– Господи, заткните ее кто-нибудь, – оборвал меня Бес. Я тут же сжала губы и обняла себя руками. От его голоса стало холодно. Но в то же время я не могла так просто взять и позволить ему заткнуть себя. У меня повышенное чувство справедливости, знаете ли.