Ее тайна

Тот парень сам… Моей вины нет… – пытаюсь оправдываться. – Динар, вы не можете заставить меня жить с вами…

– Могу, Наташа, – бесцеремонно перебивает он. – Потому что обещал твоему брату приглядывать за тобой в его отсутствие. Будешь сидеть под замком, пока я не улажу эту проблему. Отец Лазарева не оставит этого просто так. Парень сейчас в больнице, – разъясняет он мне, как маленькой девочке.

Но с нашей разницей в возрасте, я для него и есть маленькая девочка.

– В больнице? – выдыхаю я.

– Ничего критичного.

Асадов берёт в руки телефон и кому-то звонит, а я отвожу глаза в сторону. Мне не нравится его решение. Не нравится сам Асадов. Я не хочу жить с ним. А ещё я презираю Демьяна за его выходку с подсыпанной мне в сок гадостью. Это мне нужно писать заявление, а не ему.

– Сейчас Ринат отвезёт тебя на квартиру. Соберёшь необходимые вещи…

– Мне грозит срок? – с отчаяньем в голосе спрашиваю я, перебив его.

– Да? – усмехается Асадов. – На будущее: когда идёшь в клуб развлекаться, всегда нужно думать о последствиях. Самооборона – это хорошо, Наташа. Но теперь у тебя серьёзные проблемы. По своим каналам я попробую уладить этот вопрос, а пока поживёшь у меня.

Динар старше меня почти вдвое. Не представляю, как буду жить с этим мужчиной под одной крышей.

Асадов встаёт с кресла и отходит к столу.

А что, если попытаться договориться с ним по-хорошему? Ну зачем ему эти трудности и посторонний человек в доме? Всё же можно решить иначе?

– Динар, мне жаль, что я испортила ваш вечер…

– Мой вечер ты не испортила, Наташа. А вот свою жизнь незаслуженной судимостью – вполне можешь.

Ринат появляется в комнате спустя пять минут. Подходит к Асадову и передаёт ему какие-то бумаги и свёрток.

– Сейчас обе сдадите анализы в больнице и расходитесь по домам, – произносит Асадов. – Поговорим обо всём утром. Твой телефон и клатч верну тебе завтра. У меня всё.

Он отворачивается от меня и отходит к дивану.

Ноги не слушаются, но я иду на выход и кривлю губы в еле сдерживаемой усмешке. Ну что, погуляла Наташа? Ведь как чувствовала, что ничем хорошим этот поход в клуб не закончится.