Остров для двоих

Что, черт побери, наговорила ему Виолетта?

Он взглянул на осколки под ногами и слегка улыбнулся. На одной щеке появилась пикантная ямочка.

– Кто поставил двухсотлетнюю вазу в комнату для гостей? Наверное, сумасшедший. – Он пожал плечами. – Но твоя сестра явно так не думала, а просто вышла за него замуж.

Дейзи, младшая сестра Розы, была на седьмом небе от счастья. И Себ казался вполне милым парнем. Даже после того, как она сказала ему, что их скоро станет не двое, а трое. Первый ребенок в семье за последние двадцать лет.

Роза не могла дождаться племянника или племянницу и делала все, что в ее силах, чтобы не обращать внимания на легкий приступ зависти, который почувствовала, когда Дейзи сообщила ей об этом.

Она нахмурилась. И сколько может стоить двухсотлетняя ваза? Она снова подняла рубашку и вздрогнула.

– Хм.

Он удивленно поднял брови:

– Что «хм»?

– «Хм» означает, что рана глубже, чем выглядит, и я думаю, нужно наложить швы. Может быть, принести тебе пакет с замороженным горошком из кухни? Ты не знаешь, где здесь кухня? – С этими словами она чуть не расхохоталась.

На кухне, вероятно, провалятся сквозь землю, если кто-то просто произнесет «замороженный горошек». Дейзи попала совсем в другой мир.

Уилл покачал головой и положил руку поверх ее руки. Его рука оказалась приятной и теплой, а ее – холодной и липкой от пота. Он, в отличие от нее, не был так взвинчен. Поразительно. Еще один день в жизни Сбежавшего Жениха. Он что, часто просыпается рядом с незнакомыми женщинами?

– Что ты тут разыгрываешь? Может, ты и лучший друг Виолетты, но зачем забрался в постель ее сестры? Судя по ее реакции, между вами ничего нет.

Ну, черт возьми, и что ты тут делаешь?

Уилл жестом показал на ее чемодан:

– Если мне нужно наложить швы, то тебе стоит одеться, придется везти меня в больницу.

Он не ответил на ее вопрос. Думает, она не заметила? Ну уж нет.

От его заявления, что она должна везти его в больницу, у нее волосы встали дыбом.

Вдруг она осознала, что стоит раздетая. Выдернула руку и пошла к чемодану, ругая себя из-за того, что теперь ему открылся отличный вид на нее сзади.

Хотя, если он когда-то спал с Виолеттой, наверняка привык к ее полуголому виду. Она оглянулась. Он, казалось, даже не заметил ее смущения. Непонятно, она рада или злится? Помимо нескольких родинок, родимых пятен и небольших шрамов – об одной родинке он уже говорил, – они с сестрой практически одинаковые.