Прикосновение зла

Но при виде кровати ее тело вдруг налилось тяжестью, и все, о чем она могла теперь думать, был отдых. Она опустилась на шелковые простыни – в уюте, невесомости, безопасности.

Когда богиня открыла глаза, уже наступила ночь. Комната была наполнена светом камина, и на стене напротив танцевали тени. Она села и обнаружила рядом с огнем Аида. Он повернулся к ней, обнаженный. Отблески языков пламени очерчивали его мускулы – широкие плечи, плоский живот, мощные бедра. Ее взгляд скользнул по всем частям его тела – от сверкающих глаз до налившегося члена.

Он был произведением искусства и одновременно наводящим ужас оружием.

Аид отпил виски из бокала.

– Ты проснулась, – тихо произнес он, осушил бокал, поставил его на столик у камина и подошел к кровати. Сев рядом с ней, он обхватил ладонями ее лицо и поцеловал. Отстранившись, он провел большим пальцем по ее губам.

– Как прошел твой день? – спросил он.

Персефона прикусила губу и ответила:

– Не очень.

Он нахмурился.

– А твой?

– Так же, – он убрал ладонь с ее лица. – Ляжешь со мной?

– Тебе не нужно об этом просить, – прошептала она.

Он распахнул ее халат, что уже приоткрылся, подставив жадному взгляду ее грудь. Шелковая ткань соскользнула с плеч, задержавшись на талии. Аид наклонился и обхватил губами один из ее сосков, потом другой, то лаская языком, то жадно посасывая. Пальцы Персефоны переплелись с его волосами, удерживая его, в то время как сама она запрокинула голову назад, наслаждаясь прикосновением его губ к своему телу.

Чем дольше длились его ласки, тем сильнее внутри ее разгоралось пламя, и она направила одну из ладоней Аида в ложбинку между своими бедрами, к жаркой сердцевине, где она больше всего желала быть наполненной.

Он подчинился, раздвинув ее влажную плоть, и погрузился в нее. Она шумно выдохнула и застонала. Аид заглушил этот стон, накрыв ее рот своим. Персефона держала Аида за запястье, пока он ласкал ее пальцами, касаясь уже таких знакомых частей ее тела, но потом ее ладонь соскользнула на его член.

Когда ее пальцы коснулись мягкой кожи, он застонал, прервав поцелуй и покинув ее тело.

Богиня зарычала, снова потянувшись за его рукой, но он лишь хохотнул:

– Ты не доверяешь мне в том, как доставить тебе удовольствие?

– Когда-нибудь буду.

Аид прищурил глаза:

– Ох, дорогая. Ты бросаешь мне вызов.

Он повернул ее так, что она оказалась на боку, спиной к его груди.