Прикосновение разрушения

Возле входа богиня увидела Меконнена – огра, работавшего на Аида в качестве вышибалы в «Неночи». Он спорил с женщиной, что в общем-то было привычным делом. Люди часто спорили с Меконненом и другими охранниками, надеясь попасть в клуб.

– Там, похоже, все плохо, – прокомментировала Лекса, кивнув в сторону ругающихся.

– Да уж.

Девушка ткнула огра пальцем в грудь. Меконнен этого терпеть не мог, так что у скандалистки были все шансы навсегда попасть в черный список клуба.

Персефона вздохнула и потянулась через консоль грузовика, чтобы обнять Лексу.

– Увидимся завтра. Спасибо, что подвезла.

Она вылезла из грузовика. Как только ее ноги коснулись тротуара, хор голосов завопил ее имя, и несколько людей выскочили из очереди, поднырнув под веревки из красного бархата, чтобы подбежать к ней. Из темного входа «Неночи» тут же возникли два огра, закрыв собой Персефону и создав барьер между ней и толпой. Она улыбнулась им:

– Привет, Адриан, Эцио.

Их лица остались серьезными, когда они поприветствовали ее в ответ:

– Добрый вечер, миледи.

Персефона вдруг осознала, что ей стоило подумать об этом заранее или, по крайней мере, предупредить подчиненных Аида, что она скоро приедет. Она уже видела завтрашние заголовки: «Любовница Аида приехала в «Неночь» в трениках и на арендованном грузовике».

Дойдя до входа в клуб, она услышала голос женщины:

– Я требую, чтобы он встретился со мной сию же секунду!

Персефона вспомнила, как говорила что-то похожее другому огру, когда впервые явилась в «Неночь».

– Миледи, – произнес Меконнен, сделав шаг вперед, чтобы оградить ее от скандалистки, но та обошла его.

– Миледи? – она уперла руки в бедра.

Только тогда Персефона заметила, что женщина была нимфой. У нее были бледная молочная кожа, длинные белые волосы и ярко-голубые глаза, из-за чего она казалась неземной.

«Наяда», – подумала Персефона. Это была нимфа воды. Она была красива, но сейчас выглядела агрессивной и измотанной.

– Кто вы такая? – спросила нимфа.

Персефону это удивило – по большей части потому, что теперь мало кто не знал, кто она.

– Да как вы смеете так говорить с леди Персефоной? – Меконнен сжал ладони в кулаки.