Прикосновение разрушения

 – Я получил звонок от Айви – она отчитала меня, ведь я не сказал ей, что ты к нам заглянешь.

Сначала Персефоне захотелось рассмеяться над тем, что одна из подчиненных Аида устроила ему выговор, но потом ее внимание отвлек тот факт, что Айви позвонила Аиду.

Ее брови сошлись на переносице.

– У тебя есть телефон?

– Да, для работы.

– А почему я об этом не знала?

Он пожал плечами:

– Если я захочу к тебе, то найду тебя.

– А если я захочу к тебе?

– Тогда тебе нужно лишь произнести мое имя.

И все же Персефоне это не казалось достаточной причиной, чтобы не знать, что у него есть телефон… как и для миллиона других вещей, которых она не знала о своем любовнике.

– Ты недовольна, – сказал Аид, и это был не вопрос.

Персефона снова подняла на него взгляд.

– Ты поставил меня в неловкое положение.

Пришел черед Аида нахмуриться. Но его взгляд быстро смягчился.

– Поясни.

– Я не должна узнавать обо всех твоих благотворительных проектах от кого-то еще, – произнесла она.

– Ты никогда не спрашивала, – ответил он.

– О некоторых вещах можно говорить как бы невзначай, Аид. За ужином, например: «Привет, дорогая. Как прошел твой день? Мой – отлично, ведь мои благотворительные организации помогают миллиардами долларов детям, собакам и всему человечеству!»

Аид приложил все усилия, чтобы не заулыбаться.

– Не смей, – она прижала палец к его губам. – Я говорю серьезно. Если ты хочешь, чтобы на меня смотрели не просто как на твою любовницу, мне нужно больше знать о тебе. Историю… описание твоей жизни. Хоть что-то.

Глаза Аида потемнели, он сомкнул пальцы на запястье Персефоны. Поцеловал ее пальцы.

– Прости, – произнес он. – Мне просто не приходило в голову, что нужно тебе это рассказать. Я так долго существую сам по себе, сам принимаю каждое решение.

На лице Персефоны отразилась нежность, и она прижала ладонь к его лицу.

– Аид, ты никогда не был одинок, и уж точно ты не один сейчас. – Она убрала руку. – А теперь скажи, чем еще ты владеешь?

– Множеством моргов, – ответил он.

У Персефоны округлились глаза.

– Ты серьезно?

– Ну, я же бог мертвых.

Она не сдержала улыбки.