Прикосновение разрушения

Благодаря своему дару Сивилла поступила в Божественный колледж. Там ей помогли отточить силу, и Аполлон выбрал ее в качестве своего менеджера по связям с общественностью. Без этого дара работа, которой Сивилла обучалась последние четыре года, стала для нее недосягаема. Даже если она бы вновь обрела свои силы, Персефона была не уверена, что кто-то нанял бы опального оракула, особенно уволенного самим Аполлоном. Он был золотым богом. Получал титул «Бог года» от «Божественных Дельф» семь лет подряд, лишь однажды лишившись этого звания, когда Зевс поразил здание журнала молнией в знак протеста.

– Он не может так поступить! – взорвалась Персефона. Ей было плевать, насколько обожаемым был бог музыки. Он не заслуживал уважения, если наказывал людей только за то, что они отказывались встречаться с ним.

– Он может делать все, что угодно, – пожала плечами Сивилла. – Он же бог.

– Это не значит, что так правильно.

– Правильно, неправильно, честно, нечестно – мы живем не в таком мире, Персефона.

Эти слова заставили Персефону содрогнуться, но хуже всего было то, что она знала – это правда. Боги использовали смертных в качестве игрушек и избавлялись от них, когда те осмеливались их разозлить или просто надоедали. Для богов жизнь ничего не значила, потому что у них самих была вечность.

– Я в общем-то была не против, чтобы меня уволили, но кто теперь меня наймет? – опустошенно произнесла Сивилла. – Я не знаю, что мне делать. Я не могу вернуться домой.

– Ты можешь работать со мной, – предложила Лекса, бросив вопросительный взгляд на Персефону.

– Я спрошу у Аида, – пообещала Персефона. – Уверена, им нужна помощь в фонде.

– И ты можешь жить у нас, – добавила Лекса. – Пока не встанешь на ноги.

Сивилла ответила скептичным взглядом:

– Я не хочу создавать неудобства.

Лекса фыркнула:

– Ты не создашь для нас неудобства. Составишь мне компанию, пока Персефона в подземном царстве.

Персефона притворно толкнула Лексу, и Сивилла рассмеялась:

– Мне не нужна твоя комната.

– Ты действительно можешь устроиться там. Не то чтобы Лекса была неправа…

– Конечно, я права. Если бы это я спала с Аидом, то тоже редко заглядывала бы в свою комнату.

Персефона подняла подушку и ударила ею Лексу.

Зря она это сделала.