Нависа

– Один слуга другому руку отрубил, – буркнул управляющий наконец. – Лиситта заперлась в юго-восточной башне, никого не пускает. Служанки два меча сломали, Корда, бедная, выяснить не может, как они это сделали. Теперь доволен?

Андориан стоял с закрытыми глазами.

– Это ужасно, – выговорил он наконец. – Я иду к Лиситте.

– Успешного похода, – глянув на бледного, как полотно, молодого человека, усмехнулся Урфид. Развернулся, ушёл на кухню.

Между первым и вторым этажом Андориан столкнулся с Гароном.

– Вы уже выздоровели? – поднял брови тот.

– Ещё не мёртв, – весело откликнулся молодой человек.

– Однако вы… – Гарон перешёл на полушёпот. – Осторожнее со словами, Андориан. В наших краях стать реальностью может абсолютно всё, что вы произнесёте.

– От конца не убежишь, – возразил Андориан так же тихо.

– Но вы же не хотите, чтобы он прибежал к вам? – горько усмехнулся Гарон. – Смотрите, конечно, дело ваше… было бы, если касалось только вас.

– У вас слишком страшно, – обернувшись через плечо к продолжившему спускаться Гарону, проговорил Андориан.

– Слишком тихо, – хмуро улыбнулся тот. – На вашем месте я бы не ходил к Лиситте – испепелит любого, когда гневается.

– Благодарю за совет, – вежливо ответил молодой человек. Гарон, стоя под лестницей, наблюдал, как тот поднялся на второй этаж, перевёл дух и направился к винтовой лестнице в башню. Сам, качнув головой, заглянул на кухню – там Дита одиноко стояла над очагом, медленно поворачивая утку.

– Где Буст? – окликнул Гарон девушку.

– Не знаю, на улицу вышел, кажется, – пожала плечами она.

– Ты отпустила его одного на улицу? Понимаешь, чем это чревато?

– Он замахнулся на меня, я боюсь…

– Во что выродились… – пробормотал Гарон себе под нос. – На следующего замахнись в ответ, поняла?

– Как вам будет угодно, – рассмеялась девушка, откидывая на спину дождь пышных волос.

Закрыв за собой дверь, Гарон вдруг почувствовал сильную боль, словно молнией пронзившую икру.

– Вот кого нам не хватало… – сквозь зубы процедил он.

Мыши вылезали из подвальной щели. Гарон стоял, прижавшись к стене. Мысли в голове неслись лихорадочно, но преобладала одна: «Живьём сожрут, не подавятся…»

Рука привычно легла на рукоять на поясе. Но попробуй попади мечом по мыши!

Поднял голову, увидел спускающуюся Корду.