Магическая академия строгого режима

У них с Кайрой шуры-муры! Демон тихо рыкнул и, развернувшись на месте, направился по безлюдному коридору в свой корпус. И отчего я теперь ненавижу его еще больше? Почему ему все так легко дается? Почему все его обожают, восхищаются, готовы прыгать на задних лапках, выполняя любые прихоти? Почему, Темный, он такой красивый?

«Стоп! Последнюю мысль нужно стереть из памяти. Не в то русло свернула, Рай.» И вообще… Пора спать. А завтра план «Б», раз план «А-пасная облава летучих мышей» не состоялся.

Тэйт

– Сегодня мы опробуем новое упражнение, подчиняя силу огня в куполообразную форму.

– Псс, Тэйт?

Я слегка наклонился к Питу, продолжая делать вид, что внимательно слушаю профессора Киннастона. Этот демон, возомнивший себя всемогущим покровителем стихий, не упускает возможности на каждом индивидуальном занятии бросить колкостей в мою сторону. Мол, принц, будущий правитель, а такая бездарность.

– Смотри, что достали волки.

Пит протянул мне небольшой амулет в виде цветка с голубым камушком в центре.

– Что это? – удивился я, рассматривая вещицу. Похожа на какой-то магический артефакт. Я сразу почувствовал в нем силу.

– Амулет скрытой магии, – удивил ответом демон.

Я слышал что-то подобное, но детали совершенно выпали из головы. Уловив немой вопрос, Пит пояснил:

– С ним можно использовать магию в любом количестве, и никто не засечет.

Хитро улыбнулся, продолжая смотреть на профессора, описывающего в воздухе круги. Какая полезная штука, однако! Это ж теперь можно что-нибудь поджечь, и при правильных условиях никто не узнает, что дело моих рук.

– Спрячь, – кивнул я Питу. – Эта вещь никогда не должна попасть к ведьмам.

– Она твоя, – хмыкнул демон, кладя амулет в мой нагрудный карман. – Волки достали для вас с Дером. Просили передать в счет долга.

Хищно улыбнулся, вспоминая, как пару дней назад надрал зад двум оркам, которые имели наглость напасть на моих друзей.

– Где достали?

– Нарыли в ящике феечки, пока она была в отключке.

Я подавил смешок, представив хрупкую фею с бутылкой крепкой настойки полыни в одной руке и косячком в другой. В моем разыгравшемся воображении она активно махала крылышками, сидя на столе в учебном классе, и при этом громко распевала грустную песню, попеременно икая.