Игрушка олигарха

А затем послала мне сладкую улыбочку и произнесла:

– Пока! – И уже Рогозину: – Не прощаюсь, Дмитрий Сергеевич.

Надежда упорхнула, виляя бедрами, а Дима все стоял у столика, задумчиво глядя ей вслед. Похоже, дорогу он все же не вспомнил. И мне ничуть не было его жаль. Никогда не понимала, почему такие девушки нравятся влиятельным мужчинам?

Он вернулся за столик с заметно испорченным настроением. Ни улыбок, ни гляделок, лишь насупленные брови и поникший взгляд.

А я возьми да и выпали, не подумав:

– Это ваша знакомая?

На что Дмитрий загадочно пожал плечами и едва разборчиво пробормотал:

– Нет, эту я не знаю.

 – И уже громко и твердо: – Домой.

Он жестом подозвал официанта, забыв, что нам еще не принесли десерт.

– Дмит… Дима, а может я тогда к себе? У вас же планы на вечер.

Я с надеждой уставилась на мужчину и, пока он хмурился, добавила:

– Вам и отвозить меня не надо. Маршрутку поймаю. Или такси.

На моих последних словах взгляд Рогозина стал убийственным. Теперь я увидела разницу между тем, когда он не пытался меня напугать, и тем, как он из кожи вон лез, чтобы сделать это.

– Я с тобой еще не закончил, – процедил он и швырнул подошедшему официанту карточку.

Потупив взгляд, я вздохнула. Кажется, только что я имела сомнительную честь созерцать истинное лицо Рогозина. Вот только мне было до жути обидно и совсем непонятно, чем я заслужила такую реакцию? И зачем ему возиться со мной, если у него были в арсенале длинноногие блондинки, на пятьдесят процентов состоящие из силикона?

Никита и Сеня ждали у машины.

Дмитрий Сергеевич не изменял хорошему воспитанию, даже несмотря на паршивое настроение. Он открыл и придержал для меня все двери, но молча. В том же напряженном молчании мы доехали домой. Я еще несколько раз пыталась заговорить о возвращении в общагу, но Рогозин был непреклонен. И уже когда мы подъезжали к его особняку, я начала паниковать.

– Я ваша пленница? – задала вопрос в лоб.

Охранник с переднего сиденья хмыкнул, на что Дима грозно прикрикнул:

– Вышли.

Оба.

Машина остановилась мгновенно. Мы только пересекли въездные ворота. Сеня и Никита вышли, а я смотрела куда угодно, но только не в дикие глаза.

– Юля, – позвал Рогозин. – Ты маленькая еще и глупая.

Не самое лучшее начало, если он хотел меня убедить остаться. Сложив руки на груди, я хмыкнула. Отлично! Я в его глазах еще и дура. Он обреченно вздохнул.

– Черт. Хорошо, я не так сказал. Наивная. Много чего не понимаешь.