Большая проблема

Ей просто завидно, что ты модель и красавица от природы.

Я в ответ на это заявление только фыркнула. Ну да! Красавица-переросток.

– А у нее нос знаешь, какой горбатый был? – не унималась Аня. – Мы с Инкой порылись и нашли в интернете ее фотку до операции. Оборжались! А губы? А, простите, дядь Миш, сиськи?! Все же силиконовое!

– Да? – изумился дядя Миша, причмокивая пирожками. – А толку от них? Если она таких пирожков печь не умеет, то не сыскать ей хорошего мужа!

– Вот! – поддержала Аня.

Я послушала, и вроде полегчало. Но хорошее настроение мне так и не удалось вернуть до самого вечера. И как-то с клиентами расхотелось общаться, и касса совершенно не слушалась. Даже когда к нам зашла компания подружек невесты, я посчитала, что Аня и сама справится. Оставив ее с покупателями, прихватила злосчастный костюм ведьмы и зашла в примерочную. Ну неужели мне такое не пойдет?

Максим

Я уже в десятый раз за последние десять минут пытался сконцентрироваться на документах, но мысли витали где-то далеко.

У меня появилась идея. Хорошая идея, как спасти почти утонувший бизнес сестры. И, собственно, я уже занялся ее воплощением, мне вовсе не требовался чей-то совет или одобрение. Но все же я шел в бутик женского белья с одной конкретной целью: увидеть Иру. Рассказать ей. Поймать озорной блеск и смешинки в ее глазах. В этих обалденно притягательных глазах. И, черт, я не должен думать о них. Или о других частях ее тела.

Прогнав лишние мысли, я вошел внутрь и первым делом увидел Анну за прилавком. Наличие покупателей очень порадовало. Сотрудница лишь мельком взглянула на меня, кивнула и снова вернулась к клиентам. Я прошел в торговый зал, разыскивая новенькую, и услышал странное мычание возле примерочной. Примечательно, что мычание сопровождалась хихиканьем и даже хрюканьем.

– Помогите! Я застряла!

Медленно оттянул занавеску и облокотился о косяк раздевалки, с трудом сдерживая хохот.

Если первые секунды я улыбался, то теперь было не до смеха. Я не думал мозгами, когда зашел в кабинку и отгородил нас шторкой. Я, кажется, вообще не был способен мыслить. Она была так близко.