Дерзкие нарушители магического порядка

Стоит только представить испуганное лицо сестренки, ее перепачканные кровью руки, как внутри что-то переворачивается. Я могла бы притвориться, что это все влияние места, в котором нахожусь, но зачем обманывать саму себя? Я чувствовала подобное и раньше. Наверное, я неправильная ледяная ведьма.

– Интара! – завопила Кайра. – Ты собираешься слезать или нет? Сегодня твоя очередь застилать койки.

Почувствовав холод в груди, я покачала головой и спрыгнула на пол.

– Нет, Кайра. Сегодня очередь Ясси.

– Я согласна! – объявила фея.

– Ты согласна только потому, что сегодня твоя очередь, – хмыкнула я. – Завтра ты снова скажешь, что нужно назначить дежурного.

Фея собралась бросить колкость, но я гордо задрала подбородок и с высоты своего роста бросила на нее свой коронный взгляд. Мало кому удавалось выдержать его более трех секунд. Вот и Ясси отвернулась и с неразборчивым бормотанием начала застилать постели.

Мимо меня прошла Лидия, специально задев плечом. Мы с ведьмой не подружились сразу. Меня поразила невероятная наглость, с которой она начала считывать мою ауру, даже не спросив разрешения. Никакой колдовской тактичности. Что ж, свиньи получают свое.

В подтверждение моих мыслей ведьма хрюкнула и, прежде чем удалиться в уборную, бросила на меня ненавидящий взгляд. Я тут же почувствовала зуд в паху.

Зараза! Клянусь магией льда, что нашлю на нее проклятие ночных кошмаров, как только попаду в Проводник.

Утренние процедуры пролетели так же незаметно, как и большая часть дел. Возможно, секрет в древней магии, которой пропитаны стены этого здания. Время здесь не ощущается. Дни пролетают мгновенно, и в памяти остаются лишь самые жуткие воспоминания. За два года, которые я здесь провела, могу детально воспроизвести только один день, когда меня бросили в карцер из-за того, что чуть не выцарапала глаза одному оборотню.

После суток, проведенных в маленькой душной кабинке, где невозможно даже руки выпрямить, у меня возникла клаустрофобия. Теперь я боюсь карцера как огня. Возможно, стражи расстроятся, но их исправительная программа – бред болотной каракатицы! И я ничуть не сожалею, что заморозила насмерть того стервятника.