Кинжал-колибри

Оно принадлежало Кэролайн, на нем были видны брызги от краски, но, тем не менее, смотрелось оно вполне элегантно и было к лицу его новой владелице.

Бет грациозно скользнула по комнате и слегка наклонила голову, прежде чем сесть.

Джеймс некоторое время молчал, собираясь с мыслями. Он никак не мог вспомнить, о чем именно собирался поговорить с девушкой.

– Ах, да, Бет. Мы должны решить, что будем делать дальше. – Он на мгновение замолчал, наблюдая, как Бет облизнула губы. – Мы думали, что ваши родственники к этому времени уже объявятся, – продолжил он.

– Конечно. Спасибо, лорд Эллерби, за то, что приняли меня при таких необычных обстоятельствах. – Последовавшая за этими словами тишина была довольно неловкой. Джеймс встал и взволнованно прошелся по комнате.

– Это было самое меньшее, что мы могли сделать, – наконец сказал он, стараясь не смотреть ей в глаза. – Удалось ли вам что-нибудь вспомнить?

Джеймс замер, ожидая ответа.

Бет опустила глаза и вздохнула:

– Боюсь, что нет.

Джеймс нерешительно пожал плечами.

– Не переживайте, – сказал он. – Мы не бросим вас в беде, а пока выясняем все обстоятельства, вы будете жить здесь как член нашей семьи.

– Я ценю ваше предложение, но предпочла бы остаться в крыле для прислуги. Мне не нравится идея выдавать себя за благородную даму, чтобы потом выяснилось, что я – дочь мусорщика.

Джеймс рассмеялся, но затем понял, что Бет говорит серьезно. Ему пришлось усмирить свое веселье.

– Это маловероятно, но я уважаю ваши пожелания. Если вы так настаиваете, то можете оставаться в крыле для прислуги.

– Прекрасно. Миссис Фогель найдет для меня занятие. Я не буду сидеть сложа руки, – сказала она, словно стараясь убедить Джеймса в своей полезности. – Спасибо, лорд Эллерби. – Бет подняла голову и снова удивила Джеймса.

Выражение лица Бет не было смущенным или обеспокоенным. Джеймс назвал бы его, скорее, решительным. Это был замечательный ответ, смелый и впечатляющий.

– Думаю, я поеду в Эллингем, – сказал он небрежно. – Один из ваших попутчиков говорил, что вы сели у «Плюща». Возможно, мы мало что знаем, но нам известно, где началось ваше путешествие.

Это утверждение прозвучало неубедительно, потому что, по правде говоря, они не знали ничего.