Я поставлю эти плиты в ряд!

 – А, твою же мать!

– Я вас предупреждала. Повторяю последний раз, ваше удостоверение?

– Сказал же, нет его у меня.

– Тогда…

– СТОЙ! – из лифта, в центре огромной приемной, выбегает Мар, – Этот парниша со мной.

– Снова приветствую вас, – она поклонилась. – Вы ручаетесь за этого молодого человека?

– Да, ручаюсь, – говорил Мар с одышкой и облокотившись на ноги руками. – Я уж думал, тебе конец, почему не взял удостоверение личности?

– Простите, я честно не подумал об этом, – по его лицу протекло пару капель пота.

– Ладно, не переживай, руку подлатаем, хотя до свадьбы не заживет, хах, – он ударил Люци по спине. – За то, принесешь удостоверение, мы тебе пропуск сделаем, тогда будет легче заходить, без пуль, скажем так и возможность пользоваться лифтом будет, так что да, от меня ни на шаг, а ни то, обратно наверх не поднимешься. Хотя есть лестница, но скорей всего, ты ее не пройдешь.

– Почему?

– Проверка личности, расстреляет просто.

Люци не понял, почему такая серьезная защита, а больше, его пугало то, с каким безэмоциональным видом, стояла девушка в момент выстрела, даже и глазом не моргнула, будто для нее это обыденность.

Зайдя в лифт, Мар выбрал минус третий этаж. Лифт начал медленно спускаться вниз. Двери у него были тоже сделаны из стекла, но уже прозрачного, проезжая, Люци увидел много ученых и сквозные проходы, в которых находилось не меньшее количество кабинетов. На минус первом: персонал был одет в халаты; на втором и третьем: в химзащиту.

– Ну что же, мы приехали, – сказал Мар. – Хотел бы я сказать «оглядывайся», но вначале очистка, а потом химзащита и опять очистка, как тебе? Очистка для химзащиты, не каждый день такое увидишь, но стерильность в первую очередь.

– Ну вас можно понять, – неловко сказал Люци.

Они прошли полную очистку и дезинфекцию, и уже после вошли.

– Главное аккуратно и ничего не трогай, так как мы здесь работаем с вирусами и кровью, все либо может убить, либо очень ценно для нас, – Мар положил руку на плече Люци.

 – И помню, все, должно, остаться, здесь.

– Понял, все остается здесь и ничего нельзя трогать. Но как мне тогда нужно будет работать?

– Хороший вопрос, мой мальчик, работать ты будешь завтра и все, ну или почти, трогать тоже, да и тем более, трогать ты будешь на минус первом этаже, а не тут, сейчас же у нас небольшой брифинг или что-то в этом роде.