Французский перец

Несмотря на вчерашнее недоразумение, я не собираюсь поступаться принципами и заводить интрижку с коллегой. Мне надо как-то отделаться от Миши. Если бы он просто ушёл, пока я спала, всё было бы намного проще. Но он не ушёл, он побежал за завтраком для меня. Явно Миша на что-то рассчитывает. Но я не могу, да и не хочу встречаться с ним. Вспоминаю Пуавра. О том, как он поступил со мной. Меня охватывает злость. Чувствую, что начинаю закипать. Как бы мне хотелось отомстить Жильберу. Но я не знаю, как это сделать. Я всего лишь маленький винтик в огромной корпорации, часть которой принадлежит ему.

Как я могу отомстить богатому, влиятельному человеку в руках, которого сосредоточена огромная власть? Я для него ничто, пустое место. Он может раздавить меня одним движением пальца. Злиться на него глупо. Я ничего не смогу сделать. Абсолютно ничего, чтобы отомстить ему за своё унижение. От отчаяния на глаза наворачиваются слёзы. Сволочь! Как же я его ненавижу!

Выхожу из ванной, завернутая в белое махровое полотенце, злая, как целый ад чертей.

Миша попивает кофе, развалившись в кресле. Смотрит на меня. По лицу расплывается довольная улыбка.

– Ты такая сексуальная, – его глаза вспыхивают. Встает. Подходит ко мне с явными намерениями. Тянется губами, чтобы поцеловать. Уворачиваюсь.

– Миш, мне надо одеться и накраситься, – сконфуженно морщу нос. Мне хочется, чтобы Миша ушел. Мне надо побыть одной, чтобы разобраться в непростой сложившейся ситуации.

– Ухожу, ухожу, – поднимает руки. – Одевайся.

Чмокает меня в щёку и выходит за дверь.

Плюхаюсь на кровать. В комнате соблазнительно пахнет кофе. Вздыхаю. Отхлёбываю из бумажного стаканчика и начинаю собираться на тренинг.

***

Миша забывает о Славе. Не отходит от меня ни на шаг. Мы с ним как два сиамских близнеца. Ходим, словно приклеенные друг к другу. Миша старается угадывать мои желания, заглядывает в глаза. Со всех ног кидается выполнять любой мой каприз. Терплю его присутствие в своём личном пространстве. Вскоре постоянное присутствие Миши начинает меня тихо бесить.

Меня раздражает его уступчивость и чрезмерное внимание. Еще немного, и он будет провожать меня в туалет.

Попытки Миши обжиматься и лобызаться обрубаю на корню. Первые два дня Миша недоумевает, но сопротивляется не сильно. Надеюсь, что это охладит его пыл. Однако Миша на редкость терпелив. Быстро понимает, что я не хочу с ним всех этих нежностей. Больше не лезет ко мне с поцелуями. О сексе речи уже не идёт. Ставлю себе это в заслугу.