Майсгрейв

Отъезжая, он оглянулся и увидел, что Роб по-прежнему возится со своими пожитками, какие успел вытащить из лодки, а вот Орсон застыл и, глядя ему вслед, делает крестное знамение. Можно было умилиться, видя, как волнуется за своего господина этот обычно беспечный, буйный парень. Но, возвращаясь за Мойрой, Дэвид и впрямь очень рисковал, поэтому его самого не покидала тревога.

«Мне просто интересно», – подбодрил сам себя Майсгрейв.

Горные пони, гривастые, с крупными копытами, были обучены пробираться сквозь любую чащу и подниматься по кручам.

На двоих ехали они с Малкольмом, еще двоих вели в поводу. За плечом Дэвида был мешок с объемистой кожаной флягой с вином. Недавно Гектор Рой хотел прикупить у него еще вина для своей фейри? Что ж, он не забыл желание вождя.

В пути они сделали небольшую остановку, и, пока Малкольм с его клансменом вслушивались в звуки и пытались что-то разглядеть в тумане, Дэвид достал переданный ему ранее Тутило мешочек с белым порошком, высыпал его в горлышко фляги и несколько раз хорошенько взболтнул содержимое.

Малкольм заметил это и довольно осклабился.

– Давай, давай, приятель. Если ты избавишь клан от этой девки, я даже поставлю за тебя свечку Господу. Ну, когда попаду в церковь.

По пути они порой попадали в такой плотный туман, что были вынуждены останавливаться и пережидать, пока он не поредеет. Дэвид только удивлялся, как Малкольм определяет направление. И все же где-то через час с небольшим отставной констебль вывел его к водам залива Лох Лонг, узкого и длинного, залегшего среди поросших лесом холмов.

– Там впереди мост, – указал он куда-то сквозь слои наплывающего тумана. – Мне дальше ехать нельзя. Для Мойры я в одной цене с проказой. Как и она для меня. Поэтому я с лошадьми останусь здесь.

«Мне просто интересно», – опять напомнил себе Дэвид, когда направил лошадку по низким, осклизлым доскам мостка через лох.

Они все правильно рассчитали, и отец Тутило вышел ему навстречу, едва Майсгрейв появился на мосту из тумана.

– Такая погода нам только на руку, не так ли? – негромко произнес священник, беря его лошадь под уздцы.

 – Да и наша красотка озябла, опять ворчит, что лучше бы оставалась в Эйлен-Донан.

От сырого тумана все вокруг было влажным, и волосы Дэвида, обычно лежавшие плавной волной, сейчас начали завиваться, падая на глаза мокрыми кудрями. Тутило вывел его к небольшой площадке среди зарослей, где лежали какие-то тюки и слабо дымил костерок, у которого сидели, греясь, трое горцев в пледах.