Светорада Янтарная

Старые стены Византия были сооружены давно и к описываемому периоду уже потеряли свое оборонительное значение.] и постепенно спускаются к морю.

– В порту нас ждет лодка, – пояснил Варда.

Он сказал об этом так спокойно, что Светорада опять не нашла повода, чтобы волноваться. В конце концов, у нее в Константинополе достаточно высокое положение, чтобы бояться проделок молодца, стоявшего по рангу куда ниже своего родителя и, опасаясь последствий, он вряд ли осмелится совершить глупости.

Об этом же думала княжна, когда они плыли по Золотому Рогу, а мимо сновали небольшие лодчонки и торговые суда, и мощно вставали прямо из воды окружавшие Царьград стены.

– Мы высадимся вон там, – указал Варда на каменную ограду за заливом.

Это было закрытое со всех сторон здание на северном берегу бухты Золотой Рог, ближе к истоку. Светорада огляделась. Это был не самый престижный округ в окрестностях Царьграда. Здесь жили в основном портовые рабочие, крючники, грузчики, моряки.

Когда Варда постучал в большие кованые ворота и в них открылась узкая калитка, Светорада резко остановилась.

– Так, – решительно сказала она, – я и шага не ступлю далее, если мы не переговорим и вы не объяснитесь!

Склонив голову, Варда медленно повернулся, тонкий рот чуть скривился в полуулыбке, отчего он стал еще больше похож на отца.

– Ты мне приказывать будешь, девка?

Его рука уже готова была увлечь ее вовнутрь, где кто-то ждал их за полураскрытой дверью, но Светорада резко отпрянула и поспешила прочь. Когда же Варда догнал ее и стал увлекать обратно, она даже впилась зубами в его запястье с яростью дикого зверька. Варда не сказал ни слова, лишь поморщился, а потом подхватил ее на руки и понес.

Светорада закричала, стала звать на помощь, но услышала, как рядом кто-то произнес:

– Они все не верят, что пришел их час. Но кто же тут поможет, когда сам Бог отказался от них?

Узкий переход – и они уже в довольно обширном дворе. Здесь было несколько монахов, но большинство людей, одетых в какие-то серые балахоны, возились на разбитых вдоль стен грядках. И когда они стали поворачиваться на шум…

Светорада словно голос потеряла.