Огненный омут

Последние сомнения епископа развеялись, когда он узнал во встретившей их женщине герцогиню Беатриссу. Она благочестиво поцеловала перстень прелата, пригласила его в дом, подтвердив известие о помолвке.

– Мы решили не устраивать пышного обручения, так как времена сейчас смутные и герцог, супруг мой, не желает привлекать внимание к союзу с Бургундией.

Герцогиня провела епископа в длинный зал, где Франкон, к своему удивлению увидел несколько представителей высшей знати королевства. А в другом конце залы слуги на открытом очаге готовили кушанья, переговариваясь очень тихо, чтобы не мешать сановной беседе вельмож.

Да, во всем этом обручении не было помпезности, какую так любит франкская знать, и лишь яркое пламя на стоявших вокруг стола высоких треногах придавало некую праздничность обстановке.

Франкон мельком бросил взгляд на игравшего у огня с собакой подростка, сына Роберта и Беатриссы, принца Гуго. Он был одет по-домашнему – в холщовую тунику и узкие штаны. Так же просто были одеты и сидевшие за столом, кроме, пожалуй, невесты.

Но ее можно было понять. Ее яркое желтое платье и мерцавшее крупными каменьями золотое ожерелье вокруг тонкой шейки явно были надеты, чтобы понравиться жениху.

Церемония обетов и обмена кольцами, по-видимому, уже произошла, и юная Эмма Парижская с удовольствием разглядывала сверкающее на безымянном пальце кольцо. На Франкона глянула лишь мельком, что-то ласково говоря лениво улыбавшемуся Раулю. Он ей явно нравился, и лишь когда Франкон рассыпался в цветистых поздравлениях, соизволила улыбнуться и ему.

«Прелестная девочка, – подумал Франкон. – Выглядит моложе своих лет, почти как подросток, хотя ровесница Эммы, и ей, должно быть, уже лет двадцать».

Когда герцогиня Беатрисса велела ей и сыну Гуго идти почивать, на лице невесты появилось капризное выражение. Она глянула на отца, потом на жениха, но, поняв, что их сейчас интересует только этот тучный епископ, покорно покинула зал.

Франкон занял оставленное для него место за столом, обменялся несколькими любезными фразами с гостями Роберта. Помимо самого герцога, его шурина Герберта Вермандуа и жениха Рауля Бургундского, на обручении присутствовали ближайший советник Роберта воинственный аббат Далмаций, с аппетитом обгладывающий кость, и благочестивый епископ Шартрский Гвальтельм. Последний все еще нянчил свою прокушенную в драке руку, и явно чувствовал себя неважно.