Мотель «Вечерняя заря»

– А до этого жила здесь, в этой квартире? – Хизер огляделась по сторонам, словно пыталась представить то время – точь-в-точь как и я сама.

– Да, кажется.

– А о предыдущих жильцах ты что-нибудь знаешь?

– А это вообще реально выяснить?

Хизер задумалась:

– Мой отец дружен с лендлордом. Могу узнать, сохранились ли у них какие-то записи за восемьдесят второй год. Плюс что-нибудь в архиве нашей библиотеки. В Фелле же ничего не оцифровывают. Мы тут застряли в прошлом.

– Хочу найти людей, которые знали тетю лично, – продолжала я.

 – Я знаю, как звали ее бывшую соседку по квартире. Если верить Гуглу, она по-прежнему живет здесь. Надо ее найти и поговорить с ней. А еще тетя работала в мотеле «Вечерняя заря». Может, кто-то из персонала ее помнит.

Хизер кивнула, будто не услышала ничего необычного.

– Я тебе помогу, – сказала она. – Я всю жизнь живу в Фелле. Для меня тру-крайм что-то типа хобби.

Я не верила своим ушам:

– Для меня тоже!

Улыбка Хизер, хоть и кривоватая, мне все равно понравилась.

– Боже, ну тогда решено. Что скажешь?

– Что решено?

– По-моему, ты должна остаться, – твердо сказала девушка. – Это судьба. Оставайся здесь сколько нужно, а я помогу тебе найти тетю.

Фелл, Нью-Йорк

Ноябрь 2017

Карли

Хизер не соврала, сказав, что знает о Фелле почти все.

– Мой папа помешан на истории – заявила она без обиняков. – В его представлении лучший отпуск – это поехать в Американа-Виллидж просто гулять.

В детстве все уши мне прожужжал об этом месте. Занудство – это у нас семейное.

Спустя несколько часов мы вернулись в квартиру С. Я забрала из отеля вещи и сложила их во второй спальне. Мы заказали пиццу, и хотя было еще только время обеда, на город уже потихоньку опускалась ночь. Я устроилась на диване, по-прежнему закутанная в пончо Хизер легла на полу. Она рассказала, что два года назад попала на велосипеде в аварию и теперь мучается от постоянной боли в спине.

 – Один позвонок давит на соседний. Врачи говорят, нужна операция, но я не соглашаюсь. Только от одной мысли об этом у меня сдают нервы.

Поскольку до этого я заметила на полке в ванной целую гору рецептурных таблеток, задавать лишних вопросов я не стала.

– Меня интересует восемьдесят второй год, – напомнила я, бросив в коробку из-под пиццы обгрызенную корочку. – Древние крепости и пушки мне, боюсь, не помогут.

– Ха-ха, – отозвалась с пола Хизер.