Сломанные девочки

Полицейские не пустили ее на место преступления, но, когда они закончили работу, ей удалось пробраться через изгородь и найти место посреди хоккейного поля, где лежало тело Деб. Возможно, она искала утешения или хотела понять, что произошло, но обнаружила лишь кучу мусора – венки, дешевые букетики цветов, бутылки из-под пива и окурки. Жители Бэрронса – и взрослые, и подростки – приходили сюда, чтобы почтить память погибшей.

Уже тогда здание было в руинах, а теперь выглядело еще хуже. Подъехав поближе, Фиона увидела, что конец главного корпуса, там, где были разбиты окна, немного осел, как будто у него обвалилась крыша.

Подъездная дорога перед входом была грязной, в колдобинах, и Фиона с трудом удержалась на ногах, когда выходила из машины. Она повесила на шею фотоаппарат и повернулась, чтобы поприветствовать своего гида по Айдлуайлду.

– Извините за такой разгром, – сказал мужчина, подошедший к ней от припаркованного «мерседеса». – Весь подъезд к школе зарос травой, покрытие потрескалось, кое-где камни были выворочены.

Нам пришлось все выровнять, прежде чем приступать к делу.

Он протянул ей руку. Лицо у него было серьезным, но он попытался улыбнуться:

– Я Энтони Иден. Приятно познакомиться.

– Фиона Шеридан.

Ладонь у него оказалась теплой и гладкой. На нем было кашемировое пальто, не очень-то подходящее для визита на стройку. Сама Фиона надела джинсы, ботинки и парку.

– Боюсь, у меня есть не больше часа, – сказал Энтони. – Давайте начнем с главного здания.

– Отлично.

Они двинулись вперед, и Фиона достала из кармана МР3-диктофон.

– Вы не будете против, если я запишу наш разговор? Тогда цитаты в статье будут более точными.

Энтони быстро взглянул на диктофон, затем отвел глаза.

– Как хотите.

На главной двери была установлена электрическая система охраны. Энтони набрал код, замок запищал, и дверь открылась.

– Вы быстро работаете, – прокомментировала Фиона, нажимая кнопку на диктофоне.

 – Я заметила, что вы поставили новую ограду и что ворота открываются автоматически.

– Безопасность для нас превыше всего. Мы не хотим, чтобы местные подростки устраивали здесь бесплатный ночлег.

Они вошли в холл и замерли.

Это было огромное мрачное помещение, освещенное лишь приглушенным солнечным светом, падающим через окна. Высотой холл был в три этажа, а пол покрывали деревянные панели темно-шоколадного цвета, казавшиеся почти черными.