Красноглазые

Чем конкретно будет заниматься каждый из вас, вам скажет Фредхорст.

Эльдар прекрасно понял, что речь начальника была в первую очередь обращена именно к нему. Также было ясно, что новый начальник собирается изменить отдел сообразно со своими представлениями о том, как должны работать сотрудники органов. Вопрос был в другом: зачем Дженхолла назначили в их отдел, известный своим жестким подходом к ведению дел? Хочет ли Мюнцер изменить заведенные здесь порядки? Или же он намеренно поставил сюда Дженхолла, чтобы тот обломал зубы, пытаясь решать задачи, неисполнимые при стандартном подходе, раз уж он чем-то не угоден наверху? От ответа на этот вопрос зависело многое, но пока что Эльдар решил подчиняться.

Поэтому он даже не стал перечить Фредхорсту, когда тот со злорадной улыбкой взвалил на него целую гору бумажной работы, и предпочёл сосредоточиться на деле.

Конечно, Эльдар и не думал перебирать бумажки лично, но, когда он приказал Ирэн разобраться с документами, та попробовала отказаться.

– Фредхорст мне тоже дал задание и сказал, что, если я не справлюсь, он устроит мне проблемы.

– Ты подчиняешься мне, и твоя задача – делать мою жизнь проще. О Фредхорсте же я позабочусь сам.

После этого Эльдар куда-то уехал на полдня, оставив Ирэн заниматься бумагами. Но не успела она приступить к делу, как в кабинет влетели двое спецназовцев.

– Что за времена настали! Из-за всего этого бардака мы даже толком не познакомились! – затараторил первый.

– Счастливчик, правильно? – вспомнила Ирэн и посмотрела на второго.

 – А ты Гиацинт?

– Верно, – подтвердил тот, присев на крышку стола, – медик, и по совместительству, поэт.

– Ага, и неизвестно, что у него получается хуже – писать стихи или оказывать первую помощь. – засмеялся Счастливчик.

– Вот что приходится терпеть, а ещё лучший друг, называется. – придав своему лицу скорбное выражение, пожаловался Гиацинт. – Так как такую красивую девушку занесло к нам?

– Эльдар предложил мне работать здесь.

– У тебя прекрасные глаза.

 – Счастливчик уже успел оценивающе оглядеть Ирэн и решить, что она весьма недурна собой. Глаза у неё были какого-то необычного оттенка голубого, отчего порой они казались фиалковыми, и словно излучали мягкий свет.

– Имей совесть, брат, ты же нацелился на Викторию. Брюнетки – это больше по моей части. – Гиацинт подмигнул Ирэн.

– Ты ещё расскажи ей, как ты на вечерних курсах на гинеколога учишься… – снова поставил подножку товарищу Счастливчик, а Ирэн покраснела.