Эта ночь была бархатной

Это то, что сейчас ей надо. Сварит кофе, почитает старые комиксы, послушает танго. Поставит Карлоса Гарделя[26 - Карлос Гардель (1887 или 1890?–1935) – аргентинский певец, композитор, актер. По мнению многих, самая значительная фигура в истории танго.], песни про любовь и разбитое сердце. Майте сидела, комкала на коленях газету, глядя на дождь за окном, и сознавала, что ничего этого ей делать не хочется.

Майте схватила плащ и решила выйти на улицу. Прогуляться. Это самое лучшее. Она развеется, отвлечется от своей отвратной крошечной квартирки.

Выйдя в коридор, Майте увидела перед дверью Леоноры мужчину. Он резко обернулся и посмотрел на нее. Майте тотчас же узнала в нем парня с фотографии, которым недавно восхищалась, только теперь он был с чуть более длинными волосами и в красном пиджаке.

– О, это вы, – по глупости брякнула Майте.

– Мы разве знакомы? – удивился парень, нахмурившись.

– Нет-нет, – быстро замотала Майте головой, пытаясь придумать, как исправить свой промах. – Я видела вас на фото с Леонорой.

– Вы знаете Леонору?

– Немного. Присматриваю за ее котом. Она вернется завтра. Вы ее ищете?

Парень кивнул.

«Естественно, ее, балда, – мысленно обругала Майте себя. – Зачем бы еще он пришел сюда?»

Интересно, кто его впустил? Жильцам не полагалось впускать в дом чужих людей, да и на первом этаже жила управдом, собиравшая обо всех сплетни.

– Она сказала, что будет здесь, – сказал парень.

– Вряд ли она вернется сегодня, – ответила Майте.

Она сунула руку в сумку – якобы искала ключ, чтобы запереть дверь квартиры. Не спеша перебирала вещи, словно не могла его найти. Все надеялась, что парень опять к ней обратится.

И он обратился:

– Если вы присматриваете за ее котом, значит, у вас должен быть ключ от ее квартиры.

– Вам нужно поставить в известность управдома.

– Она взяла у меня фотоаппарат, он должен быть у нее дома. Не могли бы вы открыть мне дверь? Это займет минуту, не дольше.

– Ну…

– Сорок пять секунд. Если фотоаппарата на столе нет, я сразу же уйду. Вы, если угодно, можете войти со мной. – В голосе незнакомца слышалось беспокойство, но тон был чарующий.

– Я даже не знаю, как вас зовут.