Вакханка. Full vers

На мне были высокие каблуки, вполне годные для танца, короткая плиссированная юбка и кофточка с глубоким вырезом и рукавами. Вот ее придется снять, а то танца не получится. Сцепление с пилоном может дать только тело, ткань будет проскальзывать.

Все эти мысли промелькнули как данность, ничуть не смущая. Легкость во всем теле превращалась практически в эйфорию, когда я слышала любимую музыку и делала любимое дело. Танцевать мне нравилось.

Я бросила быстрый взгляд на Лекса. Он удобно расположился на диване в одних низких стрингах.

Обе руки лежали на спинке, взгляд из-под бровей был любопытным и… каким-то темным.

– Да ты полна сюрпризов, – прозвучал низкий голос.

И я начала танцевать. Взмах головы, волосы распустились. Взметнулись в воздух, очертив круг, как на чертовом колесе. Шаг, наклон, прогиб. Я обхватила пилон руками, подняла тело вверх, раздвинув ноги и сделав стандартный, но эффектный элемент, который обычно называют “рогаткой”. Или “мишкой Тедди”. Сделала еще пару шагов, опустилась на пол спиной к металлу и лицом к Лексу.

Развела сдвинутые колени и увидела впереди прямой немигающий взгляд, от которого вдруг стало жарко.

Я вдруг поняла, что мой случайный зритель возбужден. Трудно не заметить этот факт, когда мужчина перед тобой сидит в одном нижнем белье.

Но шокировала меня не его реакция, что то, что мне она понравилась. Рот неожиданно наполнился слюной, я громко сглотнула.

Зато теперь танцевальные элементы стали гораздо плавнее, изощреннее, сексуальнее.

Я вдруг захотела завести своего танцора, распалить его, свести с ума. Я знала, что умею хорошо двигаться, и мои движения зачастую выглядели намного сексуальнее, чем у других танцовщиц, делающих упор не на пластику, а на силовые элементы. Это было моим несомненным достоинством, и я умело им пользовалась.

Еще пара комбинаций под смешными названиями: мельница, журавлик и супермен… Все они выполняются на некотором отдалении от пола, но не представляет из себя никакой сложности.

Зато смотрятся эффектно.

Я использовала их дозированно, делая упор на эротичную пластику, и Лексу явно нравилось. Изредка я бросала на него распаленные музыкой и алкоголем взгляды и видела, как стискиваются его пальцы на подлокотнике дивана, как темнеет и становится опаснее взгляд из-под бровей, как сжимаются челюсти, и язык, словно невзначай, облизывает губы. А еще: как откровенно пульсирует ничем не скрываемая плоть под тонкой тканью его стрингов.